На границе света и тени – 2

– Главное, чтобы я мужу нравилась, – парировала Таня.

– Ловить будем на удочки, ну я ещё возьму штук пять донок. Снасти у меня есть, червей накопаем по дороге. В общем, в пятницу часа в четыре утра подходите к моему дому и поедем.

Таня была очень удивлена манерой общения Семёна, а ещё и тем, что он в свою речь вплетал матерные выражения, ничуть не стесняясь окружающих.

– Да, Таня, – пояснил ей Павел, – Семён – это уникум, но и другие ребята, с которыми нам придется встречаться, тоже простые и грешат крепкими выражениями.

Ты сразу настройся и ничему не удивляйся

Потом приехал брат Гена со своим семейством. Это был молодой, стройный, спортивного телосложения мужчина. Позже выяснилось, что он окончил спортивный техникум и несколько лет проработал учителем физкультуры в школе села Берёзовка, за шесть километров от города, которые зимой он преодолевал на лыжах, а весной и осенью коротал это расстояние бегом. После службы на флоте и окончания юридической академии в Саратове он теперь работал инструктором в райкоме партии.

Вечером Павел и Таня пошли проводить гостей. По дороге разговорились на разные темы и долго не могли разойтись, несмотря на то, что на город уже опустилась теплая июньская ночь. Перед калиткой их ожидала мама.

– Дети, Паша и Таня, давайте посидим, поговорим, вы же приехали ненадолго, – проговорила она.

– Да, мама, всего на десять дней. Очень жаль, но у Паши работа, – ответила Таня.

– Танечка, расскажи, как вы познакомились и поженились, – шепотом попросила мама, когда Павел пошёл к отцу.

Тот тоже хотел узнать у Павла по секрету от женщин о его второй женитьбе.

– Познакомились мы с Пашей на Кубе совершенно случайно, – начала Таня и вкратце пересказала историю их знакомства. – С тех пор я полюбила Павла, но мы расстались, а года через два я как-то шла мимо храма в Москве, и мне повстречалась женщина – христианка, очень на вас похожая. Я хотела дать ей деньги и попросить, чтобы она помолилась о том, чтобы мы встретились и Паша стал моим мужем.

Она от денег отказалась и спросила: почему я сама не молюсь об этом? Я сказала, что не умею. «А ты крещёная девица? – cпросила она меня, – от чьего имени просить-то мне? » Я ответила: «Таня». Тогда она взяла двадцать копеек на свечи и пообещала помолиться о нас Николаю Угоднику.

– Танечка, а ты некрещёная? – спросила мама Павла.

– Нет, мама, у меня родители коммунисты, да и дядя тоже, а он генерал. А Паша крещёный? – в свою очередь поинтересовалась она.