На границе света и тени – 2

 – Тогда я спрошу тебя вот о чём: ты её любишь?

– Я очень люблю Таню, и она меня, но как подумаю, что нам придется расстаться, просто сердце разрывается.

– Э, чекист, а вас не учили сдерживать эмоции? Потому и существует десятилетиями проверенная схема в нашей системе одобрять или не одобрять браки. А то расклеится такой разведчик на задании… пиши пропало. Тараса Бульбу помнишь и сына его Андрея?

– Не говорите так, Степан Васильевич, вы меня этим сильно обижаете.

– Нет, Паша, не обижаю, а открываю глаза на суровую действительность.

Ты, когда собирался стать чекистом, представлял себя этаким суперменом. Героическая романтика увиденного в кино и из прочитанных книг увлекает некоторые молодые головы. А потом нередко разочарование, а, сказать честно, что больше не хочу и не буду, – совесть не позволяет. Я это к тому, чтобы понять, есть ли у тебя сомнения. Лучше не делать первого шага, чтобы не сожалеть о последующих. Об этом, конечно, раньше надо было думать, но лучше поздно, чем никогда.

– Товарищ генерал, Степан Васильевич, я сам выбрал этот путь сознательно, когда был уже не мальчик. И на этот счет у меня нет никаких сомнений. Я уже видел и предательство и предателя, вы же это прекрасно знаете. Это вызвало у меня такое омерзительное чувство, которое уже не изгладится никогда.

– Да, Паша, другого ответа я от тебя не ожидал. Я всю жизнь представлял себе свою службу, а точнее – долг защищать Родину, как родную мать, маму, которая меня родила и воспитала, как беззащитную женщину, которую от злодеев защитить, кроме меня, больше некому.

И это чувство не позволило мне оступиться, как бы мне трудно в жизни не приходилось.

Павел слушал молча. Да, за маму, родную маму он был готов драться до конца с любыми бандитами, только сейчас перед его глазами была Таня.

– Ладно,– примирительно проговорил Бахметьев. – Ты уже знаешь, что Таня моя племянница. Для меня она как родная дочь. Скажи прямо, Павел, ты бы женился на Тане, если бы получил добро от руководства?

– Да, товарищ генерал, не откладывая.

– Ну вот что я тебе скажу, молодой коллега, ты как-то не учитываешь, что я и есть твоё руководство. Не в последней инстанции, конечно, я не директор нашей конторы, но моё слово кое-что значит. Считай, что добро получено, можешь обрадовать будущую супругу. Но сделать это надо как у нас это принято – без лишней огласки. Только узкий круг: все те, кто был вчера у нас на вечеринке, и ваши свидетели.