Последняя осень для № 3

– Как знать, – улыбнулся понтифик, – Каждому – своё время. Всему – своё время. Другое время. Вариантов всегда может быть множество. И только вам выбирать, каким там быть, какую жизнь прожить.

– О чем Вы говорите?

– О жизни, сын мой. О многовариантности жизни.......

Тихо скрипнула дверь и в проеме неслышно возник второй личный секретарь, всем своим видом недвусмысленно указывающий Кашавину, что аудиенция должна быть немедленно закончена.

Папа тоже обратил внимание на своего начинающего нервничать секретаря.

– Что ж, сын мой, боюсь, нам с Вами пора проститься. Время – единственная физическая величина на которую пока не в силах никто повлиять, – вставая, улыбнулся собственной шутке понтифик.

Олег, который сейчас стал еще более растерян, чем до беседы, успел напоследок спросить:

– Для чего все-таки была созвана эта пресс-конференция?

Понтифик на секунду задумался.

– Наверно для того, чтобы известить человечество о предстоящей катастрофе. Главным образом, истинно верующих.

– Католиков?

– Не только. Всех, верующих в Бога.

– Но......., Вы же вроде как должны отрицать других Богов?

– Почему это? Как люди могут отрицать других Богов, если своего ни разу в глаза не видели? Вера – многогранна, Бог – един. Для всех! И Апокалипсис коснётся всех, и христиан, и мусульман, и иудеев, и буддистов, и атеистов. Все мы – Божьи дети...... Я искренне верую, что жизнь не может вот так бесславно прекратиться. Ведь тогда в ней просто нет никакого смысла.

И даже если смысл есть, и мы просто не в силах понять промысел Господа, я все же надеюсь на Его милосердие. Разве будущее может быть определено? Вы, журналисты, наверно Вы лучше меня, правильнее сможете сообщить людям о неизбежном.

Понтифик снова помолчал, потом, улыбаясь, добавил:

– В общем-то, для этого....... Или для того, чтобы была возможность просто побеседовать с Вами.

Он молча повернулся и направился в соседнюю комнату. В дверях обернулся, еще раз улыбнулся и закрыл дверь.

Олег не успел опомниться, как его уже настойчиво сопровождали к выходу.

Зависший в своих мыслях Олег на автомате покинул Ватикан через площадь Святого Петра. Мысли были спутаны.

В районе пьяцца Навона Олег наконец осознал, что уже некоторое время движется пешком почти строго по прямой, никуда не сворачивая, не имея при этом ни какой цели. Задумавшись, он просто шел так, как несли его ноги.

Так не годится.