Обман

Как ты чувствуешь себя после детоксикации?

Дженни пришлось пройти через процедуру очистки организма, прежде чем ее приняли в «Туфлос». Она была героиновой наркоманкой и испытала на себе все ужасы синдрома отмены.

– Лучше, но все еще не очень хорошо. Раньше мне было так плохо. Словами не передать. Герыч высасывает из тебя жизнь, а когда ты не можешь получить дозу, он высасывает из тебя еще больше. Я думала, что мне никогда не полегчает. Это страшно, когда у тебя ломка. Дико страшно. – Она обхватывает руками живот и раскачивается взад-вперед.

– Да, очень страшно. И ты очень храбрая и вообще большая молодец, что решилась пройти процедуру лечения, так что теперь у тебя никогда не будет ломки. Теперь, когда физическая зависимость под контролем, мы будем посвящать больше времени обсуждению психологической и эмоциональной зависимости от наркотиков. Я немного изменила расписание твоих групповых сеансов, чтобы включить туда еще и сеансы восстановления и сеансы для больных с двойным диагнозом. Как ты считаешь, ты к этому готова?

– А что такое двойной диагноз? – спрашивает Дженни, ковыряя незаживший шрам на голове.

– Двойной диагноз – это когда человек страдает одновременно от алкогольной или наркотической зависимости и вдобавок у него какое-либо психическое заболевание или расстройство. Когда ты борешься сразу и с тем и с другим – это уникальное стечение обстоятельств и это очень трудно, так что мы стараемся оказывать таким пациентам максимальную поддержку. Делаем все, что можем.

– О’кей, вроде звучит нормально.

А о чем мы будем разговаривать на наших с вами сеансах? – Все это время Дженни потягивала рукава книзу, теперь она заворачивает их, и я вижу оставшиеся следы от уколов. Темные точки покрывают ее руки начиная от локтей и заканчивая чувствительными местечками между пальцами.

– Что ж. Сегодня я хотела начать с того, чтобы ты рассказала мне немного о том, как стала употреблять наркотики. Когда это началось, что ты попробовала… Как-то так. Ты готова?

– Да, я готова. – Она делает глубокий вдох и собирает то, что осталось от ее волос, в неаккуратный узел на голове.

 – Я начала принимать наркотики, когда была еще совсем молодой. Очень молодой. Даже маленькой. Я еще училась в школе, и меня выкинули в десятом классе, так что мне было лет двенадцать или одиннадцать, не больше.

Мамы никогда не было дома. Она работала на двух работах, а после этого шлялась по барам, и мы с сестрой все время сидели одни. Моя сестра, Джеки, на четыре года старше.