Демоны Египта

Это, по закону, означает смерть для всех рабов. Даже если из всех рабов виновен только один, – смерть всем!

Народ, конечно, может выйти перед Высокими Вратами и перед собранием Верховной Коллегии и просить о милости хотя бы для детей и женщин, ибо понимали, что все не должны отвечать за одного, но… но, свирепый древний закон обычно соблюдался неукоснительно. И еще не одно тысячелетие. На этом держалось государство – господин – и раб. Нельзя нарушить равновесие зависимости большинства от меньшиства. Иначе крах всего! Можно убить одного – можно убить и всех – рабов-то намного больше.

Однако, когда пригнали всех прочих женщин, он, маленький чиновник, только взглянув на воющую на разные голоса компанию и небрежно махнув рукой, тихо сказал:

– Все свободны.

Когда же чиновник спускался по лестнице со второго этажа, закусив палец и задумавшись, его окликнули:

– Господин… э-э-э, господин…

– Старший писец.

– Господин старший писец, вы …вы, так добры к нам. Мы все обязаны вам жизнью.

Чиновник обернулся – у лестницы стоял карлик с печальными глазами.

– Пустое, братец, тем более, что пока еще и не обязаны. Ты за этим меня окликнул?

– Нет, конечно. То есть, да, и за этим тоже! Вы, наша жизнь… она была у вас в руках… Вам и вправду надо знать, что там, в спальне происходило? Не вашему господину, а именно вам?

– О, да! Именно мне.

– А… не принесет ли это нам вреда?

– Нет, мой дружочек, всем кто невиновен вреда не будет. Иначе…, сам понимаешь… дыба, плетка, кол по ребра. Так что? Ты можешь мне ничего не говорить. Потому что если было преступление, то я обязан довести расследование до конца, иначе, зачем нам нужно государство? Но если вы виновны, то можете не говорить против себя, пока я не добуду доказательств.

– Я скажу. Я… ну, в общем, я…

– Ты что-то видел? – мягко спросил старший писец.

– О, нет, мой добрый и справедливый господин!

– Так, ты что-то слышал, мой дружочек?

– Я слышал.

– Что же? Крики, стоны?

– Совсем и нет.

– А что?

– Песню.

– Песню? – улыбнулся чиновник.

– Да, песню.

– И кто же пел эту песню?

– Богиня. – карлик опустил глаза. – Ее пела сама богиня.

– Прямо-таки богиня? Какая же из них, ведь богинь немало и даже просто много. И многие из них поют – Асет, Маат, Хатхор, Нейт, не приведи, конечно, бог Хнум.