Небо без границ

Наташа села на заднее сидение, и я поняла, что она почти засыпает. Удивительный ребенок, никогда не ноет, не жалуется, не хнычет. В кого она такая?

– Хорошо погуляли, правда? – улыбнулась я.

– Правда, – ответил Рома.

– Ну, что? Тогда спокойной ночи! Наташа почти спит.

– Желаю вам приятных снов. Пока-пока.

Мы обнялись на прощание. Я села рядом с дочкой, Рома закрыл за мной дверь, и наш автомобиль стал медленно подниматься в гору.

Глава 9

С каждым километром, отделяющим нас от центра, фонарей становилось все меньше и меньше.

Такси неслось вдоль ночных улиц: то тут, то там встречались группы местных жителей. В кромешной тьме разрушенные дома и трущобы выглядели жутко, не хотела бы я тут оказаться одной, без сопровождения. Гид предупреждал нас: если отправитесь в город, на прогулку, на экскурсию, берегите документы и кошельки! Никогда не носите с собой все свои деньги, паспорта оставляйте в номере – так это днем! А ночью, наверное, здесь можно запросто лишиться не только кошелька, но и жизни.

Водитель включил тихую арабскую музыку. Наташа дремала у меня на плече. Глядя в окно, я подумала о том, что жизни лишиться страшно лишь тогда, когда в ней есть хоть какой-то смысл. Последние несколько лет мне казалось, что его нет.

Почему-то душа моей дочери, ее хрупкий внутренний мир, колебания и сомнения, которые бушевали, подобно цунами, были сейчас от меня так далеко, что мне даже в голову не могло прийти, что Наташа нуждается в опоре. Нуждается в той маме, которая сможет выдержать ее переживания и быть рядом – не только физически, но и эмоционально.

Нуждается в той маме, которая духовно сильнее и может показать пример того, как следует вести себя, встретившись с трудностями лицом к лицу, как достойно вынести все испытания.

Это так странно: я жила с призраком бывшего возлюбленного, но не замечала реального человека рядом, своего ребенка. Что правда, то правда, Кирилл заменял мне все – и небо, и землю, и космос, и вселенную, а когда он исчез, то во мне не осталось ничего.

У меня больше не было никаких сил. Ощущала себя я как растение, которое вырвали с корнем и бросили на раскаленную сухую землю.

Вспомнился первый год после расставания, наверное, самый тяжелый. Я даже ходила в группу анонимных алкоголиков. Зачем? Моя здоровая часть осознавала, что любовь к Кириллу – это болезнь, а от болезни нужно лечиться. А еще, думаю, занятия уберегли меня от диких, безрассудных поступков, последствия которых были бы печальны.