Экзотеррика. Квантовый скачок

 – Руководителем экспедиции предлагается Дарислав Волков. Вместе с ним и Даниилом Эрнестовичем (речь шла о главе бригады сил специального назначения Коскона Савицком) вам предлагается отобрать лучших из лучших, потому что риск полёта в Тьмир почти смертелен.

Дарислав, не ожидавший такого поворота дел, ошеломлённо глянул на Мишина, потом на Бояндина.

– Я… э-э… готов…

– Сам разберусь, – скривил губы сорокадвухлетний генерал-лейтенант, которого Дарислав не любил до такой степени, что у него сводило скулы от дребезжащего говорка генерала.

Впрочем, Бояндина практически никто в Центре не любил за высокомерие и нередкие проколы с назначениями специалистов на важные посты.

– Завтра соберёмся и обговорим состав. – Мишин не стал заострять внимание на тоне генерала. – Продолжим.

Совещание продлилось ещё полчаса, и Дарислав вышел вместе с Етоевым и Шмелёвым в коридор.

– Возьмёшь меня? – шутливо спросил Шмелёв.

Дарислав озадаченно посмотрел на полковника.

– Ты действительно хочешь полететь?

– А что? – стал серьёзным Илья.

 – Не подойду? У меня неплохой опыт спецопераций и дальних полётов, Диана подтвердит.

– Шаргин тебя не отпустит.

– Замолви словечко.

– Я не против.

– Зато я против, – брюзгливо заметил вышедший из зала Бояндин. – Отбирать экипажи и научные группы – моя прерогатива.

Разговаривающие переглянулись.

– Но лететь не вам, Эйд Илларионович, а ему, – подошёл Шаргин. – Разумеется, вы примете участие в подборе кадров, так как знаете многих специалистов. Но что касается спецкоманды, решающее слово останется за адмиралом Волковым.

Он участвовал во всех дальних экспедициях, связанных с обнаружением Реестра Мёртвой Руки и контактов с боевыми роботами, и лучше осведомлён, на кого может опереться. За вами же формирование научной группы.

Бояндин потемнел:

– Буду вынужден возразить, Владислав Михайлович. Мой опыт позволяет мне…

– Ваше право, – перебил генерала Шаргин, – возражать. Однако на тему кадров мы поговорим завтра.

Бояндин пожевал губами, формулируя ответ, ничего не придумал и молча удалился к лестнице вслед за остальными участниками совещания.

Все смотрели ему вслед. Потом Шмелёв задумчиво проговорил:

– В девятнадцатом веке обеспеченные чиновники России отмазывали своих детей от службы в армии, покупая у медиков диагноз «hernia», с латинского – грыжа. С тех пор и появилось знаменитое выражение «страдать хернёй». Вам не кажется, что господин Бояндин именно этим и занимается?

Етоев рассмеялся.