Хроники Реликта. Том I

В таких местах тела людей наливались тяжестью, и Молчанов, заметив их недоумение, пояснил:

– Масконы.

Это были загадочные концентрации масс – масконы на жаргоне планетологов. Обнаруживали их по увеличению гравитационного поля.

Проехали голую пустынную местность, окруженную только близким размытым горизонтом. Край неба на востоке стал чисто оранжевым и светлел теперь на глазах, раскаляясь до желтого свечения. А на западе, куда ушла ночь, все еще стояла дымная фиолетовая темень.

Голубое плато с пятнами вкраплений, с редкими скалами в виде торчащих пальцев опускалось в большую котловину, дальний край которой терялся в дымке атмосферы.

Где-то там, километрах в сорока, располагались две странные по форме впадины: След Ботинка и Второй След. В первой из них располагался один из крупнейших Городов планеты, а рядом с ним – корабль с коммуникаторами, конечная цель их пути… Можно было попробовать поймать волну маяка, ту самую, с «…Внимание! Выбрасываю…», но маяк был остронаправленный, для спецвызова, а мощности его боковых лепестков излучения едва ли хватало на пробивание здешней атмосферы на сорок километров.

Сташевский чуть оживился, почесал подбородок и сказал:

– Знаете, в тот момент… когда взорвался любопытник… а вы белые и тепленькие… правда, и я на грани беспамятства держался… – Он помолчал, хмыкнул.

– Не тяни, Святослав, – укоризненно произнес Диего Вирт.

– Да… мне показалось, что сверху на нас упал серый призрак…

– Серое облако, просвечивающее по краям? – быстро спросил Молчанов.

– Да. Раньше я его, конечно, не видел, но по описаниям…

– Это он. Странно, не первый раз серые призраки… – Молчанов оборвал себя и отвернулся.

Поскольку коммуникатор продолжать не собирался, Грехов сам задал вопрос, скорее риторический, чем в действительности его интересующий:

– А что такое вообще Город, по мнению ученых?

– Заколдованное королевство, – предположил Диего. – Злых волшебников здесь хоть отбавляй.

– По Гилковскому, это коллективный организм, обладающий интеллектом, – заметил Молчанов.

 – Впрочем, так считают почти все ученые. И я в том числе, – подумав, добавил он.

– Вот тебе и королевство, – усмехнулся Сташевский. – Это называется «умерщвление прекрасной гипотезы мерзким фактом»[4 - Гексли.].

Усмехнулся и Молчанов.

– Ну, до фактов еще далеко.

Грехов передал управление командиру, бодро осведомился об общем аппетите и пошел в отсек питания.