Рассказы и сказки о странном и страшном

Хотя я и против того, чтобы ты продолжала с ним общаться. Но вдруг тебе это поможет.

– Поможет?

– Да, Лена отдохнет, ты отдохнешь. Я порисую. А ты наконец решишь – нужен ли тебе человек, который называл твоего ребенка идиоткой, тебя дурой и всю твою жизнь превратил в какую-то дымку, когда ты живешь от праздника до праздника, от одних украденных выходных до других.

Рита закашляла.

***

Мы так и сделали. Рита через пару дней уехала в санаторий. Мы с Леной поехали ко мне. Она никогда не была в моей квартире.

– Зачем это? – спросила она, глядя в угол моей спальни, где стоял ствол дерева с полусодранной корой. Я долго объясняла дизайнеру, что хочу. Меня не понимали. Потом плюнула, сама нашла в лесу подходящее дерево, и простой пьющий, но талантливый мастер сделал мне то, что я хотела. От дерева возле потолка отходила толстенная ветвь, на ней висел мой гамак. Все. Для надежности и ствол и ветвь были укреплены красивыми металлическими скобками.

– Это мое дерево. Для красоты и для удобства, – сказала я.

– Ух ты! А где ты спишь?

– И сплю здесь…

– А я где буду?

– М-м, хочешь – на диванчике, а хочешь, я тебе такой же гамак повешу, у меня есть еще один. Он поменьше…

– Хочу. – Лена улыбнулась.

После ужина я помогла ей залезть в гамак. Залезла в свой.

– Здорово?

– Ага… – и тут же жалобно добавила: – А я опять есть хочу…

– Это нормально, ты же растешь… Все дети хотят есть. Ты хочешь мяса – или обойдешься печеньем?

– Печеньем.

– Ну, возьми, пачка возле телевизора…

– Я не вылезу – я утонула, – прошептала девочка и захихикала.

Эти гамаки такие, с непривычки из них сразу не выбраться, тем более – наши висели под самым потолком. Мне было лень вылезать, и я проворчала:

– Ну, достань как-нибудь. Чтобы дотянуться до нужного – не обязательно вылезать. Можно протянуть что-нибудь… длинное.

– Что длинное? – спросила Лена.

– Твой длинный болтливый язык, – сказала я.

– Язык? – удивилась девочка. – Я языком не могу.

– Можешь. И не притворяйся, что нет.

 – Я услышала вздох, а когда приподняла голову, то увидела, как Ритина дочка выстрелила своим длинным розовым языком в пятнышках шоколадного цвета в сторону коробки с печеньем. У меня хорошая квартира, и комнаты в ней просторные. Я в Ленином возрасте не могла утащить что-либо дальше трех метров. Так я и знала, так я и думала. Девочка намного способнее меня.

Она захрустела печеньем.

– Когти можешь точить о кору. Только, умоляю, не с утра.