Из глубины

Когда Колодяжный открыл дверь, Шпачков, получивший среди матросов экипажа «Десны» прозвище Профессор (хотя он и был им, за год до похода преподавая курс аномальной океанологии в Дальневосточном университете, а потом был переведен в Центр морских исследований МГУ в Москве), хорошо поставленным голосом вещал:

– Чай можно использовать не только в качестве напитка, но и как лечебное средство в форме сока свежих листьев или экстракта, а также в виде сухого порошка для лечения ожогов, наружных и внутренних язв. А из главного чайного витамина Р вообще создан препарат, применяемый в особо тяжёлых случаях кровоизлияний и при лучевой болезни.

Слушатели зашумели.

– Значит, вы рекомендуете пить чай чаще? – поинтересовался механик-пилот «Краба».

– В меру, – усмехнулся Шпачков. – Не зря предки придумали поговорку: чай не пьёшь – откуда сила? Выпил чай – совсем ослаб. Всё надо делать в меру.

– Но ведь сортов чая много, какой из них самый полезный? Зелёный?

– Они все полезны, хотя и по-разному.

– Моя бабушка утверждала, что лучший чай вовсе не из чайного листа, а из полевых трав и крапивы.

– Ну это не совсем так, просто у разных трав разные свойства и разное воздействие на организм человека. Есть возбуждающие, есть успокаивающие и даже наркотические. Кстати, из чайных семян делают чайное масло, в Японии оно называется цзубаки.

– Его тоже употребляют?

– Если оно изготовлено холодной прессовкой, то масло используют и в пищевой промышленности, вместо оливкового, но чаще оно используется в фармацевтике и в приборостроении.

– Откуда вы всё знаете, Виктор Степанович? – спросил Лобанов. – Вы ведь океанолог, а не ботаник.

– Я ещё и на спицах вязать могу, – пожал плечами учёный, вызвав у слушателей смех.

Колодяжный поискал глазами начальника группы, сделал ему знак, и они вышли.

– Меняем курс, Трофим Акимович.

– Не понял, – пробасил Герасимов, выбритый до зеркальной синевы. Он был плотен, кряжист, черноволос и выглядел молотобойцем, надень на него фартук кузнеца и дай в руки молот.

– Существенно изменились обстоятельства. – Колодяжный коротко ввёл начальника группы в курс дела. – Идём на север, к Гавайям.

– Значит, говорите, исчезла АГС? – задумчиво проговорил Герасимов. – Это плохо.

– Чего уж хорошего, хотя не исчезла, а перестала докладывать о себе. Исчезла «Камчатка». Точнее – замолчала.

– Это очень плохо!

– Вы абсолютно правы. Поэтому нас и отправляют разобраться в причинах молчания аппаратов.