Невозможное неумолимо

* * *

Как и остров Александры, Комсомолец был почти на пятьдесят процентов покрыт льдом и снегом. Он представлял собой неровный каменистый щит, поднятый над поверхностью моря до высот от ста пятидесяти до семисот метров. Даже летом при плюсовой температуре на нём ничего не росло, кроме мхов, лишайников и жёстких трав, а по берегам в скалах гнездились лишь морские чайки, поморники да кулики. Поэтому остров выглядел суровым, хотя и обладал особой, северной, скупой красотой.

Отряд исследователей доставил на остров новенький экранолёт «Хиус».

Он легко пересёк простор Северного Ледовитого океана между островами архипелагов Земли Франца-Иосифа и Северной Земли и взобрался на берег, найдя самый пологий склон северо-западной стороны. До ложбины, оставленной «призраком с небес», гостей доставили пограничники, застава которых квартировалась в посёлке в пяти километрах южнее.

Мыс Арктический представлял собой примерно такое же природное возвышение, что и мыс Нагурского на острове Александры. «Призрак» при падении проделал в породах острова ложбину в два с половиной километра и глубиной до восьмидесяти метров и развалил утёс на мысу высотой в семьдесят пять метров на две иззубренные стены.

Были видны слои пород, а в начале провала – слои льда. Но самой прозрачной «горы мыльных пузырей», которую ожидали увидеть зрители, не было. Динло исчез, оставив после себя шрам и углубление в оконечности острова, с выходом на берег океана.

– Но его же здесь нет! – разочарованно охнул Вяхирев.

 – А нам говорили, что он застрял на мысу.

– Посмотрите внимательней, – сказал сопровождающий группу лейтенант-пограничник. – В самом углублении рва.

Назар подошёл к краю обрыва, напрягая зрение, и увидел в неглубокой долинке на дне рва мерцающее облачко диаметром около трёх метров.

Спутники с опаской приблизились, боясь свалиться в ложбину.

– Вижу, – сказал Венгер. – Воздушный солитон.

– Не может быть! – выдохнул Вяхирев. – Диаметр Динло был равен километру! А это просто дрожит нагретый воздух.

– Чем нагретый? Температуры почвы здесь минусовые.

– Бинокль есть? – посмотрел на лейтенанта Горбатов.

Пограничник поманил одного из своих подчинённых.

Горбатову протянули бинокль.

– У нас есть свои гляделки, – сказал Борис Долинка. – Могу сбегать к экранолёту.

– Не порите горячку, Борис Никанорович, – остудила порыв физика Волконская, – здесь мы по-любому поставим лагерь.

– Что видите, Виктор Ефимович? – спросил Венгер.