Остров Невезения

Мать много рассказывала ему о Лиго и о его золотом сердце.

– Так что же ты молчишь? Как она там?

Дангал покачал головой.

– Неужто умерла?!

Дангал пожал плечами.

– В тогда дело? Ну говори, говори!.. Я видел ее двадцать пять лет назад! Или… ты не можешь говорить?

Молодой мужчина опустил глаза.

Лиго некоторое время молчал, что-то соображая.

– Слушай меня внимательно, парень! Завтра на рассвете они повесят тебя. Таков закон. Но ничего не бойся. За друзей не переживай: они увезены на берег и получили небольшие сроки, так что скоро выйдут на волю.

Понял?

Сказав это, Лиго позвал того офицера и сказал ему, что этот пленник немой, и потому бесполезно его допрашивать.

Еще не рассвело, когда почти обессилевшего от раны Дангала со связанными сзади руками вывели на палубу. Его заставили встать на небольшую скамейку, накинули ему на шею петлю и в присутствии всего экипажа стали зачитывать приговор.

Дангал не слышал того, что они читали. Он смотрел в туманную даль, туда, где виднелись смутные очертания родных берегов.

Нет, он не боялся смерти, но в то же время совсем не хотел умирать. Он хотел иметь свою семью, чтобы у него были дети с золотистыми кудряшками. Но неужели теперь, через пару минут, все будет кончено? И он недоумевал, что значили слова дяди: «Ничего не бойся»? Бессильное уже утешение или намек на возможность спасения? Дангал ждал.

Из-под его ног вышибли скамейку. Свет померк у него перед глазами, и он почувствовал, что задыхается. Вся его жизнь пронеслась перед ним, пустая и бессмысленная.

Ему стало страшно, что он так ничего и не сделал хорошего, не принес никому ни счастья, ни радости. Ему стало жалко напрасно потерянных лет. Он увидел свою поседевшую мать и Икомо, склонившуюся над ЕГО спящим сыном, тихонько рыдающую в подушку Эльмиру. «Я не хочу!!! Не хочу!!!» – надрывалась от беззвучного крика его душа.

И вдруг что-то случилось. Он оказался на деревянной палубе. Дангал понял, что это под его тяжестью оборвалась веревка. Или… она была подрезана? Долго не раздумывая, он моментально вскочил на ноги, и не успели англичане опомниться, как его сильное тело оказалось в воде и скрылось в волнах.

Сколько они не оглядывали слегка волнующуюся водную поверхность, никак не могли заметить беглеца.

Дангал все плыл и плыл, а до берега еще было очень далеко. Он плыл медленно, извивался змеей, так как руки его по-прежнему оставались крепко связаны за спиной. Волны то и дело захлестывали его, и Дангал едва не захлебнулся.