Схрон

У остальных сохранились комплекты НЗ, а у Рузаева обнаружилась аптечка, хотя сам он об этом не догадывался, пока не раскрылась тайна ремешка с плоской белой коробочкой вместо часов, который он носил на рукаве костюма.

Рации, встроенные в кокосы, и компьютеры костюмов – инки – работали, поэтому на некоторое время люди были защищены, но энергия кокосов потихоньку таяла, и в скором времени следовало позаботиться о смене защитных комплектов.

– Негусто, – подвел итоги ревизии Ивашура. – Но и не безнадега. Могло быть хуже.

Пока не найдем более приличную одежду, будем щеголять в кокосах, тем более что они защитят нас от местных кусачих тварей. Что будем делать, господа десантники?

– Осваиваться, – буркнул Миша Рузаев, не выходивший в последнее время из состояния глубокой депрессии. Он все еще не мог свыкнуться с мыслью, что Гаспаряна с ними нет и не будет.

– Предлагаю идти к Стволу, – сказал Федор Полуянов.

– Зачем? – спросил Костров. – Хронобур исчез, хроношахта разорвана, Ствол, скорее всего, разрушен, цепь «лифта времен», соединявшая Ветви, лопнула.

– А если нет? – Вопрос прозвучал беспомощно, и Полуянов замолчал, потом упрямо сверкнул глазами. – И все же я хотел бы взглянуть на Ствол, покопаться в оборудовании, убедиться в его недееспособности. Мало ли что мы найдем полезного?

– Поддерживаю, – бросил Белый, покусывающий травинку. – Надежд, конечно, особых нет, но Ствол – не обычное техническое сооружение, а трактриса времен, пространственноподобная линия, вполне могли сохраниться куски этой линии, петли, соединившие соседние Ветви.

Тая, округлив глаза, посмотрела на Кострова, и тот сжал ее локоть, понимая чувства подруги, у которой внезапно вспыхнула надежда на возвращение. Павел Жданов, взглянув на нее, проговорил мягко:

– Не стоит особенно уповать на счастливый случай, но шанс, что нам повезет, есть. Кто знает, что такое время?

– Время… – пробормотал Полуянов. – По-древнерусски – воремя, общеславянское – вермя. Кстати, основа термина – санскритское vartman – колея.

Предки наши были достаточно мудры. Одно могу сказать с уверенностью: узлы выхода Ствола – узлы «вечного теперь», и все они лежат на линии хроношахты…

– Лежали, – хладнокровно поправил Жданов. – Что ж, идемте. Чем быстрее мы расстанемся с иллюзиями относительно возвращения в свое время, в свою Метавселенную, тем быстрее адаптируемся здесь.

Он зашагал вперед, за ним Валетов, Ивашура, Рузаев. Отставшая Тая с мольбой посмотрела на Ивана.