Война HAARP

Многие из них так и остались в Судиславле, окончив местные учебные заведения, а то и просто отыскав работу без всякого образования.

Зарядка и бритьё заняли четверть часа. Завтрак ещё полчаса. Жил Афанасий один, так как девушки у него не задерживались, походный образ жизни майора спецназа не устроил ни Лену, врача-педиатра, ни Зинаиду, менеджера рекламной компании, ни Свету, продавщицу книжного магазина. Всем троим мерещилось одно и то же: мужик гуляет. В то время как мысли Афанасия были заняты исключительно работой, и если он и встречался с женщинами, то лишь в интересах оперативных мероприятий.

Впрочем, расставался он с подругами легко, без особых сожалений, ни одна из них не тянула на «самую желанную и единственную». Ну не любил он их на разрыве аорты.

Конечно, квартиру ему дали – служебную, естественно, поближе к базе «Альфы», в Бибиреве, – далеко не люкс-класса, однако у новой шестнадцатиэтажки была своя парковочная зона в полусотне шагов от дома, и машину Афанасий мог ставить там на любой срок, не опасаясь за её сохранность.

Именно это обстоятельство и мирило его с «деловой комфортностью» миниатюрной двухкомнатки площадью всего в двадцать квадратных метров (с кухней и туалетом), интерьер которой составляли кровать, стол, два стула, шкафчик для белья и книжная полка с тремя книгами: томиком Достоевского, книгой какого-то современного фантаста по фамилии Урой и телефонным справочником. Стеклянную вазу высотой больше метра, очень стильную, бело-голубую, подарили ему сослуживцы на день рождения, и теперь в ней красовался кренч – очищенный от коры и выбеленный прут какого-то кустарника со множеством изгибов и колен.

Впрочем, Афанасий привык к спартанскому образу жизни и перестал обращать внимание на отсутствие уюта. Кстати, и Света, прожившая с ним в этой квартире около года, избалованная домашним уходом (её отец был известный политик и депутат Госдумы), этот самый уют создать не смогла.

Было около двенадцати часов, когда Афанасий спустился с одиннадцатого этажа во двор дома со спортивной сумкой и подошёл к своему скромному кроссоверу «Ниссан Скарабей» тёмно-лилового цвета. Спортивно-агрессивной езды ему хватало и на службе, поэтому в обычной жизни он предпочитал спокойное ненапряжное вождение.

В последний раз три года назад он ездил в Судиславль на электричке с Курского вокзала.