Хейсар

Что уважающая себя девушка должна ночевать либо с матерью, либо с сестрами, либо с родственницами женского пола. А в тех редких случаях, когда нет такой возможности, – со служанками, с отцом или кровными братьями.

Видимо, безумно эмоциональный монолог, во время которого хейсарка то и дело поминала Бастарза, Найтэ и Хэль, довел баронессу до бешенства, так как, дождавшись, пока бочка наполнится, она собственноручно закрыла ставни, опустила засов на двери и начала раздеваться! «Забыв» попросить меня отвернуться.

Конечно же, я сделал это сам – повернулся к ней спиной и уткнулся лицом в стену – но сам факт того, что меня оставили в комнате во время переодевания, Тиль просто убил:

– Ашиара, а… он?

– Он – больше чем мать, отец, сестры и братья, вместе взятые… – выдохнула Мэй. – Он – Дар… Бастарза!

У меня екнуло сердце: она говорила не для нее, а для меня! И хотела сказать не «Дар Бастарза», а «Дар Вседержителя»!!!

Тиль молчала минуты полторы. А когда за моей спиной плеснула вода, собралась с духом и спросила:

– А как же… э-э-э… муж?

– Я отдала Крому все, что у меня есть… А муж – будет только мужем…

Настроение, и так бывшее омерзительным, стало еще хуже.

Я поискал рукой посох, потом вспомнил, что отдал его королю, и в очередной раз пожалел, что согласился на его предложение.

– Мэй – последняя в роду. И – женщина… – глядя на меня, вздохнул Вейнарский Лев. – По законам Вейнара – сухая ветвь. Понимаешь?

Что тут было понимать – после ее замужества лен Атерн должен был перейти к другому роду.

– По сути, я должен выдать ее замуж и забыть о ее существовании. Но Латирданы в долгу перед д’Атернами. И не оплатить ей этот долг я не могу…

– А что, есть другой выход, сир? – осторожно поинтересовался я.

– Есть! – кивнул король. – Я могу выдать ее замуж за хейсара…

– И что при этом изменится?

Неддар качнулся с носка на пятку и обратно, потом посмотрел на леди Этерию и грустно улыбнулся:

– Мэйнария д’Атерн – гард’эйт! И при этом – девушка… Обычно тех, кто отдал свое сердце другому, начинают превозносить после смерти.

Но в ее случае все по-другому: выступив в суде, она УЖЕ шагнула на эшафот и тем самым доказала, что ее клятва – не просто слова. Поэтому Шаргайл забурлил…

– Не только поэтому! – тихонечко добавила Этерия Кейвази. – Старейшины хейсаров потрясены тем, что род, породивший и ори’т’анна[68 - Ори’т’анн – буквально «воин, посвятивший свою жизнь служению вождю».