Возвращение джинна

А гвоздями, которыми был прибит Иисус к этому кресту, служили белые птичьи перья.

Центр зала занимал стол из потемневшего от времени африканского дерева «бетеле», вокруг которого стояли тяжелые деревянные кресла с резными – в форме звериных и птичьих лап – подлокотниками и ножками. Кресел было двенадцать. В данный момент все они, кроме главного, были заняты. Центральное кресло – гораздо массивнее и выше других – принадлежало патриссиме Ордена.

Из одиннадцати руководителей шельдов лишь пятеро были мужчинами.

Их возраст колебался от пятидесяти до восьмидесяти лет. Возраст всех женщин лежал в узком диапазоне от сорока до сорока четырех лет. Патриссима считала, что это возраст наивысшей деловой активности у женщин. Все они были маршалессами Ордена, в отличие от мужчин, носивших звание герцогов и герцог-матриксов.

В зал вошла патриссима, одетая в бело-черную мантию, с короной из птичьих перьев на голове, украшенной драгоценными камнями. На вид ей можно было дать не более двадцати пяти лет, хотя Марта Лярво-Фрейберга давно разменяла пятидесятилетний рубеж.

Разговор за столом стих.

Поднялся герцог Алистер, занимавший пост секретаря Ордена, поклонился; на нем красовался красно-коричневый, с белыми полосами, уник чиновника-официала ООН.

– Квалитет Полного Крыла соблюден, повелительница.

– Вижу, – села в свое кресло патриссима, движением брови разрешила сесть герцогу. – К делу, братья и сестры. Начинайте, Кийт.

Встал Кийт Нордиг, нынешний глава СЭКОНа, заменивший на этом посту Фарину Делануа.

На его темном, гладком, сытом лице лежала печать значительности и властной непоколебимости.

– Ночь Ордена кончается, повелительница, – произнес он напыщенно. – Мы постепенно отвоевываем утраченные позиции. На всех постах властных структур Системы работают наши люди, поэтому…

– Кроме Русь-региона, – перебила его Лярво-Фрейберга.

Нордиг сбился с тона, пожевал губами, нехотя признался:

– Глава Русь-региона не идет на уговоры… нам он пока недоступен.

Но мы…

– И правительство России тоже, – снова перебила Нордига патриссима. – Почему вам до сих пор не удалось внедрить туда наших агентов влияния?

– У них двойная структура контрразведки и…

– Почему н а ш и службы работают хуже?

– Мы… стараемся…

– Плохо стараетесь, герцог! Даю вам три месяца на исправление положения! Разрешаю все методы, все доступные приемы. Вам понятно?

– Так точно, повелительница.