Высокая вероятность

Сразу после ухода румын и немцев, дети в селе, почти все, ходили – кто в чем мог, но постепенно шло расслоение детского общества, причем довольно заметное. Те дети, у кого вернулись домой отцы, которые сразу шли на работу, там получали зарплату и какие-то пайки или продовольственные карточки, и по внешнему виду, и по многим другим показателям, заметно отличались от детей – сирот, особенно из многодетных семей, где одна мать не знала, как свести концы с концами в своей семье и, где одна обувка, иногда, использовалась детьми по очереди.

Один – наденет, час погуляет на улице – передает другому и – так далее….

Потом пришел страшный сорок шестой год. Голод накрыл все Приднестровье. Такого голода, никто из старожилов не помнил за всю историю села. Много людей унесла та зима, с сорок шестого на сорок седьмой год, в первую очередь – из старых, и малых.

Вряд бы пережили ту зиму и Люда с мамой, и сестра с детьми. Но им повезло. Рядом с домом сестры, располагалась небольшая колхозная свиноферма, сестра там работала и все трое детей ходили на ферму вместе с ней и там часто питались запаренным в большом чане комбикормом, собирая остатки после кормления свиней.

Люде и её маме, понемногу помогала мамина старшая сестра, тетя Клава. Она жила рядом, в городе Тирасполе, еще с довоенных времен, и работала заведующей столовой при кирпичном заводе. Там, в заводском поселке, так называемой «кирпичной слободке», у неё был свой дом, построенный мужем, после того, как они поженились, потом муж ушел на фронт и не вернулся, с тех пор тетя жила одна.

Детей у них не было.

Благодаря её посильной помощи, Люда с мамой пережили то тяжелейшее время, а уже в сорок седьмом году, жизнь и в селе, и в стране, начала потихоньку налаживаться. Подросли дети у сестры, Люда перешла в старшие классы, маму взяли на работу санитаркой в больницу, стала получать хоть небольшую, но зарплату, и жизнь у них начала налаживаться.

Глава вторая

Пока Люда ходила в младшие классы, её бедность, в первую очередь в одежде, не очень бросалась в глаза, не одна она так ходила, но, начиная с пятого класса, среди её одноклассников – девочек, появились «интеллигентные» дети местных районных чиновников.

Все районные управленческие службы, располагались на «молдавской» части села и, естественно – все работники этих служб, проживали там же. Большинство из них, были русскоязычными.