Два брата-акробата. Вторая история из цикла «Анекдоты для богов Олимпа»

Ной резко повернулся, но поздно! Крепкие руки приятеля дернули его набедренную повязку к низу, и парень застыл под ласковым морским ветерком совершенно обнаженным. Иафет протяжно просвистел – удивленно, а больше того завистливо. Завидовать было чему. Настолько, что Ной горделиво развернул плечи, и одарил весь белый свет, который для него и его племени ограничивался островом средних размеров, словами, непроизвольно вырвавшимися изо рта:

– Доктор, мне шестнадцать лет, а у меня член длиной тридцать сантиметров.

Это нормально?

– Конечно, нормально. В твоем возрасте все врут.

Тот же Иафет несмело хихикнул, а задира Хам в изумлении спросил:

– Что за странные истории ты рассказываешь, Ной? И что это за сантиметр?

– Да, парень! Кто тебе рассказал этот анекдот?

Все четверо подпрыгнули на месте, разворачиваясь на звук властного женского голоса. Ной еще и умудрился в прыжке подцепить застрявшую на лодыжках повязку, кое-как закрепив ее на бедрах. Еще он стремительно покраснел, потому что узнал одну из героинь других своих снов.

Подкравшаяся незаметно Ракиль была самой красивой женщиной деревушки, второй женой старейшины. Пышногрудая и крутобедрая, с громким мелодичным голосом, который легко перебивал всех в округе, включая супруга, она могла позволить себе сказать такое, что даже убеленные сединами мужи только кряхтели в изумлении и покрывались румянцем, как… ну, точно, как сейчас Ной.

А Ракиль словно забыла о своем первом вопросе, тут же задала следующий, загнав парня теперь в настоящую панику:

– И что там насчет тридцати сантиметров? Ну-ка?

Крепкая женская ладошка, явно знакомая с подобной процедурой, легко преодолела сопротивление парня.

Набедренная повязка опять поползла на лодыжки. И совсем уже нереально прозвучал свист в женских устах.

– Действительно… такое я видела только у… а ну, прочь отсюда!

Она совсем не шутейно подняла руку, грозя отпустить ее на затылок стоящего рядом Хама, и парни бросились наутек – грозный характер Ракили и ее тяжелую руку знали все в деревне; опять-таки включая старейшину.

– А ты стой! – женская ладонь стиснула плечо Ноя, – ты мне еще про анекдот не рассказал.

Парень застыл на месте; не потому, что впервые ощутил на теле тепло и крепость женской руки, и не потому, что испугался грозного окрика. Его словно ударили тяжелым мешком по голове – в тот момент, когда он услышал такое удивительное, и такое, как оказалось, знакомое слово «анекдот».