Ландыши растут не только на Земле. Свет далекой звезды: история четвертая

Только вот что-то словно шептало ему: «Скорей! Не теряй ни мгновенья! Иначе можешь опоздать!». К чему именно он мог опоздать, мурганец не представлял. Однако в последнее время он привык доверять таким вот предостережениям судьбы.

К концу путешествия он стал почти таким же стройным, как в те далекие годы, когда начинал карьеру военного моряка. Именно блеск его голодных глаз не позволил жителям; точнее одному жителю – старосте рыбацкой деревушки – начать расспрашивать его о путешествии. И Авархан скоро поблагодарил небо, что не стал сразу бить себя в грудь, представляя другом охотника Света.

Потому что староста – могучий кряжистый старик – был много мудрее и опытнее капитана Фарада; и лучше знал Света. Поэтому Авархан о таком знакомстве даже не стал заикаться.

Он на ходу выдумал жалостливую историю о погибшем караване, о долгой дороге домой, к морю (здесь о Мургании он тоже предусмотрительно промолчал) и о нескольких жалких оставшихся золотых монетах. Одна тут же перекочевала в руки старосты, а лодка быстро заполнилась провизией.

Авархан даже не стал останавливаться здесь на ночлег – как бы подозрительно это не выглядело. Внутренний голос уже вовсю кричал, торопил вперед.

Последний переход дался Авархану труднее всего. Да – корма лодки была полна еды; однако он не давал себе наслаждаться окрестностями, как прежде. Авархан неустанно греб; забывался лишь на короткий сон и отдых, и опять греб, загоняя вглубь нарождающийся непонятный страх. Он был потомственным моряком; что такое гребля знал не понаслышке.

Однако так неистово не работал никогда. Потому что родом был из богатой семьи, по службе продвигался быстро и многое – в том числе многочасовые ежедневные тренировки с веслами в руках – прошло мимо него.

А потом пришлось грести еще неистовей – чтобы лодку не отнесло в океан, мимо порта. У пристани он бросил челн, который на многие дни стал для него домом. Бросил, потому что видел рядом два корабля своей флотилии.

– Ага, – подумал он устало, – только один капитан осмелился вернуться без «Орла».

Пошел он сначала все-таки не на свой корабль, а в портовый трактир, выбрав поприличней. Он уже был здесь – почти две зимы назад. Тогда трактир был почти пуст, и трактирщик угрюмо протирал тряпкой пустые кружки, стоя под приметным украшением – черепом неведомого зверя с огромными рогами, по центру которого чернели три круглых отверстия. Теперь Авархан знал, кто оставил здесь память о себе, отметив эту белую кость выстрелами из лука.