Дома мы не нужны. последняя битва спящего бога

Третий болт вонзился туда, куда и целил – в левый, уже полуприкрытый глаз; четвертый попал точно между вторым и третьим, и последнего удара черепная коробка не выдержала – разлетелась на куски. На землю упал уже бездыханный труп человека, вообразившего себя новым потрясателем вселенной…

Глава 3. Анатолий Никитин. Опять с высоты птичьего полета

Это было страшно – ходить меж людей, лишь внешне напоминавших разумных существ. Их было всего двенадцать – безразличных ко всему, оборванных и исхудавших. Капитан Браун, заплативший своей жизнью за бесчеловечные злодеяния, словно унес с собой в иной мир души несчастных.

Они так и стояли на коленях на твердых камнях, не ощущая их, пребывая в грезах мира, навеянного злой волей колдуна.

Казалось – нажми невидимую кнопку, и они вскочат на ноги, загалдят в недоумении, оглядывая незнакомые лица. Но… нажать эту самую невидимую кнопку было некому – погрузивший пятерых парней и семерых девчат разных национальностей изувер ушел в небытие, не отдав команды на возвращение.

– Ржет наверное в аду, сволочь, – зло прошептал под нос Анатолий, глядя, как командир безуспешно пытается «разбудить» крупного парня с жесткими, рублеными чертами лица, стоящего на коленях в самом центре шеренги.

Несколько хлестких ударов ладонью по лицу желаемого результата не принесли; только едва не повалили его на камни. Анатолий бросился на помощь Кудрявцеву. Вдвоем они успели подхватить безвольное тело и бережно уложили несчастного на спину. Остальные – живые зомби – словно тоже получили удары; они начали валиться рядом – так что подскочившие бойцы не успели подхватить всех.

И вот уже двенадцать вытянувшихся тел уставились в синеву небес, в яркое солнце не мигающими глазами.

– Черт, – первым сообразил профессор Романов, – они же себе глаза сожгут. Приведем домой сразу двенадцать инвалидов.

Он бросился закрывать им веки, и Никитина опять передернуло – так в кинофильмах закрывают глаза погибшим товарищам. А командир, подвигав зло желваками скул, вдруг оживился, опять сжал ладонью амулет дальней связи и прикрыл глаза.

Никитин затаил дыхание; он вдруг вспомнил Свету Кузьмину. Вот она бы живо подняла на ноги несчастные жертвы колдуна. А может, маленькая мордовская девочка – тезка погибшей от руки маньяка Кузьминой – сможет заменить ее? Но ведь она далеко – пока доедет, поднимется на плато, доберется досюда… Придется посылать за ней бронеавтомобиль. Или… Он оглянулся, уловив краем глаза резкое движение справа.