Дома мы не нужны. последняя битва спящего бога

Третий – колоннада, составляющая цилиндр, увенчаный куполом с огромной фигурой Посейдона наверху…

– Постой-ка, – перебил его тракторист, который сейчас вглядывался в далекое строение в бинокль, – что-то я не вижу тут никакой колоннады, а тем более Посейдона…

Теперь все, кроме командира, выруливавшего меж сосен вблизи берега, прильнули к оптике. И действительно, вынужден был признать профессор, верхняя – самая эффектная – часть маяка отсутствовала.

– Значит, его высота не больше сотни метров, – пробормотал он, – так что знаменитых кострищ с бронзовыми отражателями мы не увидим.

– Каких кострищ, – оживился Анатолий, – они что, еще и дрова туда носили?

– Не носили, а возили, – поправил товарища Алексей Александрович, – там внутри достаточно пологий пандус. Вот по нему волы с телегами и возили дрова. А их надо было много – ведь костры горели и днем и ночью.

– А днем зачем? – удивилась Ирина, – и так ведь хорошо видно.

– И огня не увидишь, когда светло, – поддержал Ильину супруг.

– Зачем – не знаю, – не стал строить из себя всезнайку Романов, – а насчет видно-не видно издалека – здесь написано. Вместо огня ориентиром днем был дым.

Так вот, в семьсот девяносто шестом году, уже нашей эры, маяк разрушило землетрясение; были попытки его восстановить, но такого великолепия, какое сейчас видим мы, уже не получилось.

– Ага, великолепия, – с нешуточным негодованием в голосе бросил тракторист, – самое интересно отрезали; как будто мосол собаке бросили, обглоданный.

Рассмешить Анатолий любил; да и получалось у него неплохо – вот и сейчас все дружно рассмеялись, очевидно представив, как за полоской воды, уже не такой, кстати, широкой, возвышается огромная полуобглоданная кость.

Полоска воды становилась все уже; теперь дно водоема было чистым – без всяких признаков неизвестной цивилизации. Вот ее уже можно перепрыгнуть, но командир продолжал медленно вести автомобиль вдоль песчаного берега.

Он словно ждал удобного проезда к башне; и дождался – прямо от края сосняка к маяку вела ровная, словно стрела, мощеная камнем дорога. Такие – пережившие сотни, и даже тысячи лет – строили когда-то древние римляне. Но эту словно построили вчера. Ни одной выбоины, ни одного выпирающего камня не легло под колеса «Эксплорера» на коротком полукилометровом пути до распахнутых врат циклопического сооружения.