Пир Ярославны. Ох уж эти женщины! Часть третья

Пир Ярославны. Ох уж эти женщины! Часть третья

Василий Иванович Лягоскин

Новые приключения Виктора Кошкина, учителя истории из Геленджика, в далеком прошлом. Теперь он отправляется туда не ради золота и бриллиантов. Стихотворные строки, которые на этот раз стали ключом в Древнюю Русь, теснятся в голове и не дадут ему покоя до тех пор, пока Виктор Николаевич не убедится в очередной раз, что главное сокровище во все времена – женщина…

Пир Ярославны

Ох уж эти женщины! Часть третья

Василий Лягоскин

© Василий Лягоскин, 2016

ISBN 978-5-4483-5533-2

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Поникает трава от жалости,

А древо печалию

К земле преклонилось

Уже невеселое, братья, время настало…

Строки были смутно знакомы; Николаич даже напряг было память, чтобы понять, кто пришел на смену Гомеру.

Потому что ни к «Илиаде», ни к «Одиссее» этот стихотворный отрывок отношения не имел.

– Главное, – отложил на потом узнавание Кошкин, поправляя треники и останавливаясь рядом с Николаем и Валентиной, – что эти слова как никакие другие точно отражают выражение лица соседа.

Он огляделся. Людмила с сыном сидели у накрытого до сих пор «стола» – метрах в десяти от входа в дольмен – и видеть сумрачного лица мужа и отца не могли. А Николай, между тем, от печали и растерянности перешел к ожесточенной, иступленной злости. Даже сделал было движение, чтобы схватить Кошкина за воротник.

Увы – у линялой футболки соседа, одетой сегодня в качестве талисмана, никакого воротника не было. Да и сам Николай одумался, разжал кулак – тот, в котором не был зажат громадный драгоценный камень.

– Правильнее всего, – начал он объяснять сумеречное состояние собственных души и тела, – было бы кончить вас здесь обоих и закопать – поглубже. Лопата, кстати, в багажнике есть.

– Ага, – догадался Николаич, совсем не испугавшийся такого мрачного предложения, – ею ты и ковырялся в дольмене.

И за что такая немилость, скажи, пожалуйста!

Николай правильно оценил его безмолвный порыв, и нахмурившиеся брови Валентины Степановны, и продолжил объяснения:

– На этот камушек, – он подвесил за цепочку бриллиант Пенелопы перед носами Кошкиных, – можно купить весь Геленджик. Еще и сдача останется. А там, где большие деньги, там большая кровь.