Черная свита

Но нас трое, а у мадам Кристины всего пятнадцать постоянных «воспитанниц», которые со своих денег имеют не очень много. А все потому, что есть постоянные расходы. Это доля хозяйки, траты на косметику и одежду, на фрукты, напитки и жалованье слуге Карлито, который встречает и провожает гостей, и подрабатывает вышибалой и сторожем. А еще необходимо регулярно посещать храм Бойры Целительницы и проверяться на наличие дурных болезней. И поэтому мы с друзьями решили, что не станем отвлекать девушек от их работы, а если будем проводить с ними ночь, то согласны платить по негласной таксе, время до рассвета один иллир.

Вторая привилегия, денежная. Покойный барон Финер имел с салона от полусотни до восьмидесяти монет в месяц. На нас троих это немного, одна дуэль дает в три-четыре раза больше. Так что сумма несерьезная, и для нас она большой роли не сыграет, а вот отношения с «воспитанницами» Ивэр, можно испортить. Мы не хотим быть похожими на мелкого крысеныша Финера, нас интересует другая привилегия – информация, которая может принести нам серьезный куш.

Это третья привилегия. Убитый мной на дуэли барон регулярно получал от мадам Кристины немало ценных слухов и пересказов чужих разговоров. И теперь эту информационную ниточку я хочу замкнуть на себя, Альеру и Эхарта. Но опять же, все это случится только в том случае, если мадам Кристина пойдет нам навстречу. Пока ответа нет. Мои предложения были озвучены, а решать, нужен салону защитник или нет, станет сама баронесса. Такие вот дела и планы по салону.

Ну и последняя тема, которая меня занимает, это недавнее послание от «Жала Канимов», которое передал мне один из его людей в вечер перед заступлением в караул.

В первых сумерках я с друзьями высадился у дома баронессы Ивэр, и тут меня окликнули:

– Господин граф!

Разумеется, первая реакция Альеры, Эхарта и моя, правую ладонь на рукоять ирута и приготовиться к бою. Но угрозы не было. Перед нами стоял средних лет мужик в стандартной ливрее столичных слуг, расшитом серебряными нитями длиннополом сюртуке, из-под которого выглядывала белая сорочка.

Слуга как слуга, вот только лицо его мне было знакомо и, присмотревшись к нему пристальней, я узнал этого человека. Я видел его в доме барона Каира, и теперь он здесь, все тот же самый образ слуги, только ливрея без гербов «Жала Канимов», и лицо не угрюмое и настороженное, а добродушно-виноватое.

– Чего тебе? – спросил я слугу Каиров и, наверняка, сотрудника Тайной Стражи великого герцога Канима.