Имперская окраина

Но я уже кое-что знал о работе островного филиала банка «Братья Фишенеры», и понимал, что это только наличность, которую не успели отправить за океан, и продолжил:

– А сколько в векселях и кредитных билетах?

Краснокожий замялся, и сержант Амат, сделав резкий шаг на него, грозно прорычал:

– Отвечать, когда тебя спрашивают!

Банкир промямлил:

– Ничего нет. Согласно инструкции, все было сожжено.

– А вот это нехорошо, – я усмехнулся и добавил: – Но ничего, ты и твои друзья, наверняка, помните, кому и сколько денег ссужали, и кто в ваш банк вклады делал.

– Это слишком большой объем информации, мы мало что знаем! – вскрикнул манкари.

– Вспомните, – я кивнул назад, на посольское здание дари. – Если вы, как ваши союзники, чтобы тайны не сдавать, умереть не смогли, значит, все расскажите.

– Мы…

– Заткнись! – я посмотрел на подошедшего Керна. – Банкиров под особый надзор. Рядом должен быть маг. Хранилища взять под охрану.

– Будет исполнено, – ответил тайный стражник.

Сдавшихся манкари отконвоировали в подвалы Капитании, а я, переговариваясь с Каиром-младшим, дождался ламию.

Вскоре, слегка бледная Отири, покачиваясь, подошла ко мне, и устало выдохнула:

– Яд был очень сильный. Спасла только двоих. Могла бы и больше, но из дольнего мира кто-то тянул души на себе. Я не знаю, кто это, но он очень мощный. Мне надо отдохнуть… Как-то не хорошо…

Совершенно неожиданно ламия, этот превосходный боец и сильная ведьма в теле молоденькой хрупкой блондинки, стала заваливаться на бок, и я на автомате подхватил ее на руки.

Легкое тело Отири было, словно пушинка, и я почувствовал, как оно сильно вздрагивает.

«Что делать!?» – я растерялся и огляделся. И слава богине, что рядом находились маги, которые были готовы к тому, что в штурмовых группах будут раненные, да и дядя, надо отдать ему должное, не подкачал. Койн, не задумываясь, влил в ламию немалую толику своих сил. Дрожь девичьего тела прекратилась, и Ангуса поддержали остальные чародеи.

И все бы ничего. Рядовой случай, человек ранен или истощен, а маги ему помогают. Подобное я наблюдал сотни раз. Но, что странно, это помогло только на несколько секунд. После короткой паузы лихорадка вновь накрыла ламию, а Койн резко выкрикнул:

– Кто-то непомерно сильный выкачивает из нее все силы! Жрицу не спасти! Уркварт, бросай ее! Бросай, кому говорю, дурак, а то и тебя высосут!

Повинуясь словам дяди, я положил Отири на брусчатку.