Уркварт Ройхо

И только в темноте я мог вернуться в свою комнату, помыться, переодеться в чистую одежду, поужинать, отдохнуть и послушать байки Тайфари, который рассказывал мне о мире Кама-Нио более подробно, чем маг.

Благородным людям что? У них своя жизнь, парят в поднебесье, со своими проблемами и заботами. Так что Ангус задевал лишь основные моменты имперской жизни. А такие вопросы как платежные средства, сельское хозяйство, придорожные трактиры, жизнь обычных людей, транспорт, почем в столице услуги проституток, сколько стоят рабы, и кто противники империи на востоке, юге и западе, его как-то не волновали.

И именно от дядьки воспитателя, а не от мага я узнал, что существуют оборотни и вампиры, которые отнюдь не сказки, а реальность, хоть и редкая, а главная денежная единица империи это золотая монета иллир, которая стоит десять серебряных ниров, а один нир это сотня медных бонов. И всю эту информацию я впитывал как губка, крепко запоминал, перерабатывал, переосмысливал и подгонял под себя. Это было хорошо, поскольку информация – сила, и новые знания вселяли в меня некоторую дополнительную уверенность в завтрашнем дне, и заставляли активней заниматься и тренироваться.

Так я прожил до середины февраля, как он здесь называется, месяц нара. И сегодня впервые у меня был серьезный тренировочный спарринг с десятником Юнгом, одним из моих учителей. Естественно, я проиграл все три схватки из трех, и даже ни разу не дотянулся до сержанта, слишком тот опытен. Однако я выстоял, не сломался, удостоился похвалы ветеранов, и от этого был немножко собой горд.

И уже в первых сумерках, приготовился к тому, что продолжу слушать истории дядьки.

Однако оказалось, что эта ночь для всего семейства Ройхо необычная – День Поминовения Предков. И вечером должно состояться посещения родового храма. Так что, поужинав, вместе с моими нечаянными братьями Айнуром и Трори, мы вышли на покрытый свежим снегом и освещенный масляными фонарями двор замка. Здесь мы присоединились к отцу, матери и сестрам.

Глава рода Ройхо оглядел нас и улыбнулся в мою сторону. Но быстро вспомнил, что я не его настоящий сын и, снова став серьезным и хмурым.

Граф зашагал в сторону родового храма, расположенного в Левом Приморском донжоне. Мы, конечно же, за ним следом. И через сотню метров, все вместе, Ройхо вошли в башню и, повернув от входа налево, оказались в теплом просторном помещении в форме квадрата, посреди которого стоял белый мраморный алтарь.