Князь Барятинский 2. Императорская Академия

Гимнастика, верховая езда, фехтование, закаливание и аскетизм во всех его проявлениях». Я понял, что образец этого аскетизма наблюдаю непосредственно сейчас, за столом. Если Мишель просто вынужден обходиться малым – я уже понял, что происходит он из небогатой семьи, – то Андрей Батюшкин не балует себя разносолами совершенно сознательно.

Да и в целом, здесь, в этом мире, как я успел узнать, «золотая молодёжь» занималась не только прожиганием жизни. Каждый аристократ, каким бы рохлей ни казался, умеет как минимум держать саблю и стрелять из пистолета.

Не говоря об одном-двух коронных магических приёмчиках, вроде «лассо» Анатоля. И вопрос сейчас не в том, чтобы выбрать из сотни четверых самых лучших – у меня нет времени на испытания. Вопрос в том, чтобы собрать именно команду. Единый организм. Которому нужен мозг, нужны руки и ноги, и нужен, в конец концов, корпус.

– Константин Александрович, – повернулась ко мне Полли. Она, естественно, сидела рядом со мной; почему-то наши таблички с именами оказались рядом, и я был на девяносто процентов уверен, что Полли приложила к этому руку, – давно собираюсь спросить.

Вы не хотели бы взять меня в команду?

Глава 4. Команда

Я задумчиво взглянул на Полли.

– А что вы умеете, Аполлинария Андреевна?

Честно говоря, ждал надутых губ и пространных излияний о глобальной ценности Аполлинарии Нарышкиной во вселенной. Но получил неожиданно чёткий и ясный ответ:

– Я умею залечивать мелкие раны. Справлюсь даже с растяжением, если понадобится.

– Ах, да, – вспомнил я. – Ты же маг-целитель.

– Что-о-о? – изумилась Полли. – Нет-нет, я не такая!

В ответ на мой вопросительный взгляд она закатила глаза:

– Подлинное целительство – довольно редкий дар! Меня учили с детства, но я не вылечу ничего серьёзнее лёгкого сотрясения мозга. Хотя многие не умеют и такого – несмотря на то, что теоретически каждый белый маг может этого достичь.

«Я, например, не умею», – подумал я. И сказал:

– Хорошо, ты в команде.

Полли радостно пискнула и, придвинувшись ко мне, с видом заговорщицы спросила:

– Кого хочешь взять ещё?

– Есть мысли.

 – Мне не хотелось обсуждать свои планы. По крайней мере, не с легкомысленной болтушкой Полли.

Я собирался заговорить с Андреем Батюшкиным. Но он раньше всех покончил с обедом, встал, поклонился присутствующим и вышел из столовой – только его и видели. Следующим доел свою немудрёную порцию Мишель Пущин. Он хотел выйти вслед за Батюшкиным, но не сложилось.