Князь Барятинский 2. Императорская Академия

Самый настоящий – по крайней мере, в моём мире в исторических фильмах показывали именно таких. В доспехах, шлеме с пышным плюмажем, вооруженный огромным мечом.

Полли ахнула.

– Спокойно, – бросил я. – Нас пятеро, он один.

Лицо рыцаря было закрыто забралом, но мне показалось, что этот подлец усмехнулся. Потому что на дорожке позади него немедленно материализовались ещё четыре рыцаря – точные копии первого. И каждый из них бросился к каждому из нас. Мне достался первый.

Я не стал даже пытаться изображать, будто что-то понимаю в фехтовании.

В руках у меня появилась цепь. Первым движением я вырвал из рук рыцаря меч. Рыцарь от рывка покачнулся и едва устоял на ногах. Если бы на рыцаре не было доспехов, я бы ударил его ногой в грудь. Сейчас рассудил, что ботинок вряд ли нанесёт серьёзный урон металлическому нагруднику, и в два прыжка оказался у рыцаря за спиной.

Его шею обвила цепь. Я потянул на себя. Цепь заискрилась – я добрался до уязвимого места. Через минуту рыцарь с громким лязгом рухнул мне под ноги.

Голова отделилась от тела и покатилась по дорожке.

Я не успел удивиться тому, как легко она отделилась – заметил, что шлем внутри пустой. Доспехи не скрывали под собой человека. Рыцарь оказался всего лишь големом. Но – големом, который, будь я чуть менее расторопен, мог нанести мне вполне ощутимый урон.

Я быстро огляделся. Туже всех приходилось Полли. В число её умений, как и моих, фехтование не входило. У Полли вообще не было личного оружия – в отличие от Андрея и Анатоля, которые выхватили сабли.

Всё, что девушка могла противопоставить сопернику – это собственную ловкость. Полли с быстротой молнии уворачивалась от ударов мечом. Её рыжие волосы развевались, форменная юбка всплескивала над коленями. Неповоротливый рыцарь попросту не успевал отслеживать перемещения Полли – вероятно, поэтому наша команда в этой схватке не понесла потерь. То есть, пока ещё не понесла.

Я бросился на выручку Полли. На это раз обезоруживать рыцаря не стал. Сразу переместился ему за спину и сдавил шею цепью.

Искры. Лязг. По дорожке покатилась голова.

Полли взвизгнула.

– Не бойся, – бросил я, – шлем внутри пустой, – и устремился на выручку Мишелю.

Тот пробовал отбиваться саблей, но получалось откровенно жалко. По плечу Мишеля уже текла кровь – призрачный рыцарь наносил вполне материальные раны. Сабля Мишеля, как я успел заметить, не имела «плоти», была исключительно «призрачной», а значит, с каждым ударом отнимала магические силы.

Захват.