Оружие скорби. Книга 1. Я выбираю смерть

Узорги были связаны только между собой длинной веревкой, а руки и ноги их оставались свободными. Эта идея была подсказана Сонлером: показать воинам, что даже с развязанными руками узорги не представляют опасности. На общей связке же настоял Аргеной. Если бы узорги в испуге принялись метаться по сцене, то казнь бы утратила всю свою серьезность и превратилась в цирк.

– Вот наши самые главные враги, – провозгласил Аргеной, указывая на ошалевших от ужаса пленников. – Смотрите на них! На этих вероломных тварей, благодаря которым мы потеряли стольких прекрасных воинов и чуть было не погибли все.

Узорги! Их религия – хитрость и предательство. Они думали, что разделались с нами и прилетели в галактику Триумвирата, надеясь поступить так же с местными жителями и завладеть их планетами…

– Ты лжешь! – закричал один из узоргов, парень, стоявший ближе к середине цепочки. – Мы не сделали ничего плохого этим людям. Мы просто хотели…

Он не успел договорить. Аргеной подошел сзади и, достав из ножен тесак, рубанул по коленям парня.

Тот с криком упал, заставив двух своих соседей склониться, будто в порыве заботы. Но это просто натянулась верёвка. Узорги пытались бежать, но своими попытками вызвали только злобный хохот у солдат. Аргеной тоже позволил себе улыбку.

– Он уже поднимается! – воскликнул главнокомандующий. – Смотрите, как быстро заживают раны у этих тварей. Чтобы убить их, нужно постараться. Но есть верный рецепт: твердая рука, верный глаз и острое лезвие. Этот тесак, – он поднял оружие над головой, – появился с единственной целью: убивать узоргов.

У каждого из вас есть такой же. Покажите мне их, я хочу видеть их блеск!

Несколько тысяч тесаков одновременно взметнулись в воздух, сопровождаемые громовым ревом.

– Каждый из вас должен знать, что делать, встретив одну из этих зеленоглазых тварей. Смотрите и запоминайте!

С этими словами Аргеной опустил лезвие на шею стреноженного парня. Казалось, удар был совсем легким, но голова отделилась от тела и упала в зал, где, подхваченная бойцами, пошла по рукам.

Каждый считал честью прикоснуться к голове, срубленной самим Аргеноем.

Узорги вопили. Одни рвались прочь, заставляя остальных падать или смешно вытанцовывать. Другие молили о пощаде, стоя на коленях. Но тесак Аргеноя поднимался и опускался до тех пор, пока еще девятнадцать голов не исчезли в беснующемся море обезумевших от вида крови солдат.

Аргеной не стал больше ничего говорить.