Эра Огня 3. Зажжённый факел

Коего, к слову сказать, сама пострадавшая очень хочет видеть, потому что он – я цитирую – «смысл моей переполненной ложью жизни и отец моих будущих детей». Именно так госпожа Авелла Кенса заявила во всеуслышание, предварительно оттолкнув и послав по матери своего жениха, который пытался проявить заботу и обеспокоенность. После чего она изволила зарыдать в подушку и заполнила вакуумом палату, благодаря чему пришлось спешно эвакуировать оттуда всех, включая лекарей. И, хотя наблюдать за беззвучной истерикой в безвоздушном пространстве довольно занимательно, я всё же отвлёкся от этого зрелища, чтобы задать вам, сэр Мортегар, один простой вопрос: что у вас с головой?

Пока я ошеломлённо молчал, пытаясь представить описанную картину, Лореотис восторженно присвистнул:

– Ну надо ж так нажраться за каких-то пять минут! Моя девочка…

– Благодарю за ценные сведения, – сухо кивнул Мелаирим.

 – Хотя бы часть симптомов это объясняет. Не объясняет только кучу синяков и кровоподтёков. Единственное объяснение я услышал от принёсших её рыцарей: «Всё, что происходит в Ордене, остаётся в Ордене». Однако оно не удовлетворяет меня и вряд ли удовлетворит главу рода Кенса.

– Она как вообще? – тихо спросил Зован.

– Полагаю, жить будет, – отозвался Мелаирим.

– Из-за этого всё! – Зован толкнул меня в спину. – Урод.

Прежней ярости в его голосе, впрочем, не было слышно. Должно быть, понял, что на моём месте поступил бы в точности так же. Но понять – одно, а приучить сердце к такой мысли – процесс куда более длительный.

– Разберёмся, – решил Мелаирим. – Мортегар – идёшь со мной. Зован – спать. Завтра первая лекция – моя, и если я тебя там не увижу – будут последствия. Лореотис… – Он помолчал. – Потеряйся куда-нибудь.

– Есть! – Лореотис поднял шлем, нахлобучил его на голову и отсалютовал проректору. – А насчёт Мортегара – вы не стесняйтесь. Он хоть и рыцарь, но сегодня ночью можете делать с ним всё, что угодно. Спишем на поединок. Девчонка его неплохо отделала.

Мелаирим не ответил. Он молча схватил меня за руку, и мы провалились сквозь камень.

Это была моя первая трансгрессия с использованием магии Земли. И, скажу честно, Огонь лучше. Секунд десять было такое чувство, словно я продираюсь сквозь мокрую стекловату. Вязко, колюче. В глаза словно сыпанули песка.

– Надо было зажмуриться, – сказал Мелаирим, когда мы вынырнули у здания лазарета. – Забыл предупредить.

Угу, забыл он.