Заметки на полях

– Если я начну ломать трагедию – вы ахнете, – честно предупредил я.

– Ковалёв! Давай, побегай! Сразу мозги продует!

– Ничё не знаю, мне Зоя Павловна разрешила, – сложил я руки на груди.

– Тогда зачем на стадион шёл? Пришёл на занятие – занимайся.

– Ладно. – Я встал. – Если мешаю – пойду домой. Один. Через лес. Погружённый в мрачные мысли…

– Ой, всё, сиди уже! – поморщилась Власовна. – Клоун.

– Сама клоун, – огрызнулся я вполголоса, когда она отошла.

Скоро разминочный бег закончился, и Власовна погнала всех на турники.

Турники были разные по высоте. На самый высокий мы пока даже запрыгнуть не могли. А на самом низком упражнялись девочки в какой-то фигне, типа тяги верхнего блока на грудь, только наоборот. Обозначалось это у них тоже как подтягивание.

– Нормативы сдают, – зевнул Гоша.

Я молча расстегнул сумку, выудил скуренную наполовину сигаретку.

– А говорил, нет! Дай мне! – тут же загорелись Гошины глаза. – Давай только отойдём, а?

– Сиди, не смотрит сюда никто, – проворчал я и выделил ему окурок поменьше.

Не пачка, а пепельница, самому противно. Парашу какую-то в сумке таскаю.

Мы закурили. Гоша мужественно терпел и не кашлял. Я и вовсе уже прекрасно адаптировался. Начать курить – не так уж сложно. А вот бросить… Впрочем, я и с этой задачей справлюсь. Только вот пачку добью – и брошу. Ради Кати.

– А машина у тебя там есть? – спросил Гоша.

– Не-а.

– У-у-у… Денег не хватает?

– Да при чём тут деньги? В будущем деньги не имеют особого значения, Гоша.

Все живут в кредит. Захотел бы машину – была бы машина.

– А как это – "в кредит"?

Медленно, очень медленно катилась цивилизация в посёлок. Мало кто пользовался такими вещами, как потребительские кредиты. И дети – счастливые! – ещё даже слов-то таких не знали.

– Это когда тебе банк даёт денег – сразу, много, – объяснил я. – А ты потом отдаёшь с процентами. Долго-долго отдаёшь. Тут тебе и машина, и квартира, и дача, и новый смарт, и ноутбук – ты только плати каждый месяц, и весь мир у твоих ног.

А как только ты споткнулся, упал и целый месяц не смог бежать с выпученными глазами – у тебя отберут всё, а самого тебя вышвырнут на помойку подыхать. Поэтому те, кто бежать не может – ползут. Я видел, как даже те, кому хребет переломили – всё равно ползут. Так и будет жить весь мир. С осознанием того, что ты никогда не сможешь выкупить свою жизнь в личное пользование. Жизнь в кредит, по подписке.

– Да ну на фиг, – решительно заявил Гоша.