Мы серые ангелы – цивилизация

Прохор всё время крутил в голове всё сказанное Раисой Фёдоровной и несколько раз внимательно посмотрел на свою Ларису. Ему почему-то не очень хотелось, чтобы она подвергала себя какой-либо опасности.

Вечером перед сном Лариса как-то загадочно посмотрела на него и сказала:

– Прохор, мне надо с тобой серьёзно поговорить, – и села на кровать.

– О чём, милая, – потягиваясь, спросил Прохор.

– Я беременна, – сказала Лариса, внимательно глядя Прохору в глаза.

– Ну и отлично, – притянул он её к себе и поцеловал.

– А я думала, ты расстроишься, – пробубнила Лариса, теребя пуговицу на пижаме Прохора.

– Да что ты, у нас есть Алиса, пусть будет ещё и карапуз.

– А кого ты хочешь, мальчика или девочку?

– Конечно, девочку, такую же красивую, как и ты, – ответил Прохор, ласково целуя свою любимую.

Лариса вся потянулась к нему, ей так захотелось нежности от любимого. Вскоре они задохнулись от собственной страсти и уснули обнявшись.

Прохор взмахнул крыльями и поднялся чуть выше.

Недалеко от него летела Лариса. Это было так восхитительно летать вместе с любимой. Они баловались, гонялись наперегонки, догоняли друг друга. Потом вместе взмыли вверх и парили над своим городом. Внизу проплывали знакомые улицы с огоньками машин. Они резко снизились и пролетели под Дворцовым мостом, потом опять взмыли вверх. Им было очень хорошо, когда они просто летели рядом. Развернувшись над угрюмой Петропавловской крепостью, Прохор и Лариса направились к Исаакиевскому собору. Они уселись немного отдохнуть на его колоннаде, свесив вниз ноги. Им было совершенно не страшно, ведь у них были крылья. Прохор задумчиво сказал:

– Не ожидал, что ты опять начнёшь летать.

– Глупый, когда женщина счастлива, она всегда летает или хочет летать, особенно вместе с любимым.

– Но ведь ты беременна, – упрямо заметил Прохор.

– Тем более, – счастливо засмеялась Лариса и первая сорвалась с колоннады. Прохор бросился за ней, они промчались над землёй, едва не задевая головы редких прохожих, затем рядышком полетели домой.

Они проснулись обнявшись и совершенно счастливые. Неторопливая утренняя нежность, потом душ вместе привели их тела в тихий восторг от бытия. За завтраком они болтали о всякой ерунде. Долго целуясь, они не могли никак расстаться. Сделав над собой усилие, Прохор всё же поехал на работу. Его опять завалили делами. Несколько раз Лариса звонила просто так, чтобы услышать его голос. Он с нежностью отвечал ей.