Мы серые ангелы – цивилизация

– У каждого своё, – глубокомысленно произнёс Прохор.

– Так-то оно так, – согласился незнакомец, – только есть тот, кто за все души отвечает.

Прохор посмотрел на этого благообразного мужчину и спросил:

– А вы поп?

– Я иерей, а что тебя смущает?

– Я думал, что все служители церкви носят бороды!

– Борода не самое главное в моей работе.

– А что главное?

– В переводе с греческого иерей – это жрец, в мои обязанности входит совершать богослужения, нести учение людям, проводить причащения и другие таинства, – глядя в глаза Прохору произнёс иерей, – ты можешь называть меня отец Димитрий.

Прохор внезапно для самого себя задал наверно самый глупый в своей жизни вопрос:

– Скажите святой отец – Бог есть?

Отец Димитрий внимательно посмотрел на Прохора и ответил:

– Думаю, что ты и сам знаешь ответ, другое дело есть ли он в душе человека, а в твоей, он точно есть, будешь возвращаться, сверни ко мне в церковь, это по пути, ты услышишь!

– Что и грехи отпустите?

Отец Димитрий улыбнулся и, поворачиваясь к машине, произнёс:

– Заезжай Прохор, там и поговорим, если грехи стоящие, то отпущу.

– Заеду, обязательно заеду, святой отец, – сказал уже на прощание, севшему в машину священнику, выйдя из-за калитки.

– Ну, и слава Богу, – кивнул на прощание священник.

Прохор смотрел вслед уехавшему иерею. Идеи, которые только роились у него в голове, стали приобретать более чёткую форму. Прохор зашёл в дом и открыл ноутбук. Он сначала записывал мысли, затем стал формировать сюжеты.

Иногда он выбегал из дома подкинуть дров в печку бани. К вечеру он смог сформировать скелет своего рассказа. Баня уже хорошо настоялась, и Прохор отправился стегать себя веником. Странным образом это совпало с процессом самобичевания. Там на полке Прохор припомнил все свои грехи и ошибки. Он разобрал себя и всю свою жизнь практически на атомы. Самым главным из того, за что он теперь себя казнил, было его расставание с Ларисой, тогда в молодости. Ведь она любила его, а он, он просто струсил, хотя, как, оказалось, тоже любил только её. Этого он себе никак не мог себе простить! Уставший и необыкновенно лёгкий после парной Прохор вернулся в дом. Выпив ковш холодной воды, он рухнул на диван и сразу уснул…

Прохор сидел на скале. Он снова был серым ангелом. Вокруг него до самого горизонта было море. Огромные звёзды сияли на небе. Да-да, именно сияли, а не мерцали и сами звёзды больше походили на горошины, а не светящиеся точки.