Короли вкуса

Вытер со лба пот. На вид ему было лет тридцать пять. При ближайшем рассмотрении оказалось, что фуражка скрывала залысины, пока еще не очень заметные, а китель – подступающую полноту. Рубашка над ремнем разошлась, из-под нее выглядывал живот.

– Ваш так называемый подозреваемый уверяет, что никуда уезжать он не собирался. К машине пошел за запасной футболкой – сильно вспотел. И от жары, и на нервной почве. А ему буквально под колеса бросился ваш друг. Разбил фару и начал вопить о наезде на пешехода.

Вероника развела руками:

– Видимо, Володя не успел придумать способ, как еще задержать преступника.

– Да почему преступника-то? – вздохнул Долинин. – Объясните наконец?

Вероника вдруг подумала, что Тимофей с таким кислым выражением лица выслушивает мольбы о помощи в духе: «Я чувствую, что за мной следят! Только вы можете мне помочь!»

– Я случайно услышала, как он говорил по телефону, – начала она.

– Кто – он? – перебил Долинин.

– Ну… – Вероника запнулась. – Тот, другой участник.

– Да вы, я смотрю, настоящая фанатка шоу, – усмехнулся Долинин. – Всех участников наизусть знаете. Наверное, с детства мечтали побывать на съемках?

– Я – нет, – процедила Вероника. – Это моя мама фанатка. Она попросила меня взять автограф у Ильичева.

– То есть присутствовать на съемках самостоятельно ваша мама не захотела?

– Она живет в Энске. Мама – пожилой человек, поездка в Москву для нее – событие из ряда вон.

– Имя, фамилия?

– Чьи?

– Мамины.

– Зачем?

– Вероника Витальевна. – Долинин поднял на нее взгляд, в котором явственно читалось: «до чего ж вы все меня задолбали». – Я, кажется, уже говорил, чья обязанность в этом кабинете – задавать вопросы.

– Да вы о фигне какой-то спрашиваете! – не сдержавшись, возмутилась Вероника. – Я вам говорю, что Ильичева отравили, а вы мне – про маму! Она тут вообще ни при чем, в Москву последний раз выбиралась еще до моего рождения. А этот – по телефону говорил!

– «Этого» зовут Андрей Загорцев, – подсказал Долинин.

– Неважно, – отмахнулась Вероника. – Важно, что он сказал! А он сказал, что Федор – та еще тварь. Что он ему заплатит за все унижения, что он не какой-то там червяк, над которым можно безнаказанно издеваться. И Ильичев – умер. Понимаете? Он умер после того, как съел пирожное, которое приготовил этот ваш Загорцев! Но самое главное даже не это. – Вероника приподнялась над столом. – Ильичев-то уже мертвый, ему все равно.