По ту сторону Алой Реки. Книга 2. Потерявшие судьбу

– Скажи, что ты об этом не знал? – В голосе незнакомого парня набирала силу буря.

– Да откуда мне? – взвизгнул Рэнт, пятясь. – Я людев на работы гоняю, вот и вся песня! В дом-то – дальше гостиницы не входил ни разу!

Под «гостиницей» Рэнт, очевидно, подразумевал гостиную. Сиера улыбнулась. Давно ли сама разницы не понимала.

Тишина. Сиера повернула голову, посмотрела в крохотное отверстие между матрасом и костями. Парень стоял напротив мертвого мужчины, опустив голову. Кулак стиснут, и сквозь пальцы стекает кровь.

– Тюрьма, значит, – шепотом произнес незнакомец. – Лады, тюрьма так тюрьма. Скотское племя…

Сиера не успела напугаться – столь молниеносным движением парень оказался рядом. Будто взрыв разметал ее ненадежное укрывище, страшная сила подняла в воздух, швырнула в решетку. Прутья больно ударили в спину, в затылок, дрогнуло и остановилось сердце.

Упасть ей не дали. Ломая податливые хрящи, в горло вцепились пальцы, в глаза как будто брызнуло огнем – парень приблизил к ней лицо.

– Наигралась, тварь? Нравится?

Как тряпичную куклу, ее вновь тряхнули, подвал завертелся перед глазами. Удар, искры из глаз, и вот в темноте перед нею лица перепуганных сжавшихся в кучу людей. Пальцы сжимаются на затылке, над ухом слышится рык:

– Смотри, сука. Скоро вы все так же будете. Все, до единой мрази, будете сидеть и трястись, о жратве молить!

«Вы»? Кто – «вы»? Сиера недоумевала. Уж не о вампирах ли речь?

– Кто ты такой? – хриплым шепотом спросила она.

– Смерть твоя, – прозвучал ответ.

И тут вмешался пришедший в себя Рэнт:

– Стопари, командир, это ж Сиера! – Он, похоже, вцепился в руку парня. – Она – не! Она бы никогда! Да это не она!

– Что – «не»? Чего – «не она»?

– Да она… Пусти ты! Сиера – она ж как ребенок безобидный! Это барон тут лютует. Скажите?

Вопрос относился к заключенным. Те сперва молчали, потом заговорила женщина, и Сиера узнала безжизненный голос той, что пыталась заступиться за подвешенного:

– Так вот ты какая… Мы думали, старухой окажешься.

Сиера глядела в ее пустые глаза. Женщина сама походила на старуху, хотя ей едва ли минул третий десяток. Седая, тощая. Мышц, казалось, не осталось вовсе. Но вот обтянутые кожей кости пришли в движение, она поднялась и подошла к решетке, не отводя глаз от Сиеры. Улыбнулась чему-то – жуткий оскал.

– Отпусти ты ее, мальчик. Это наша Смерть. На нее одну молились.