Дорогое время

Михаил встряхнул Ольгу, та на мгновенье открыла глаза, промычала что-то неразборчивое, и зрачки закатились под закрывающиеся веки.

– Приехал доктор, – раздался голос за спиной.

Ольгу увели в спальню. Доктор занялся ею. Михаил слушал человека из охраны.

– Она позвонила, как обычно, с тренировки и сказала, что зайдет в оранжерею, и мне нужно будет забрать ее с площади… – парень слегка волновался. – Я нашел ее, сидевшую полусогнутой возле входа в музей. Привез домой… Вот, собственно, и все.

– С ней был кто-то рядом подозрительный? – Михаил дергал рукой.

 – Или хотя бы неподалеку?

– В том то и дело, что нет… И, видимо, уже давно.

– В смысле?

– Голуби… Они сидели вокруг нее. А один даже на ее коленях пытался что-то клевать.

Михаил отпустил парня, заметив в проеме дверей врача.

– Ничего страшного, – спокойно произнес тот, – я сделал все что нужно. Она спит, и утром все будет нормально.

– Но док…

– Тест не выявил наличие субстанций в организме, – он опередил интерес Михаила.

 – Этот тест – один из последних… – доктор развел руками, – хотя все указывает на присутствие опиатов. Ничего не могу сказать. Всегда считал, что в жизни все объяснимо… Дерзайте, молодой человек!

Доктор принял конверт с деньгами, пальто от парней и с кивком головы покинул дом.

– Он стоял возле лотка с черно-белыми фото, – Ольга морщила лоб, вспоминая детали. – Не знаю, почему… Ведь я шла за шпинатом, я шагнула к нему… Глаза – они как магнит, серые, стальные властные… Фотографии разрывали мозг! Это снимки из моего прошлого.

Но я точно знаю, что в те моменты меня никто не фотографировал. Я была на них в состоянии… ну ты понимаешь. Я удивленно подняла глаза на него и увидела его зрачки – они били «в точку»! Мир перевернулся, и мне страшно захотелось испытать то… ты знаешь…

Михаил глотнул кофе. Ему оно показалось полынью. Он даже заглянул в напиток, увидев свое отражение.

– …Он сказал: «Я помогу! Да?» Я ответила: «Да». И все качнулось под ногами.

Заволновалось морем все окружающее меня. Я сидела в парке с Люси, это было наше начало… Люси больше нет давно, – Ольга всхлипнула. – Но мы были с ней, и я испытала то, что действительно было кайфом. Я не могу это объяснить, но я была там, и все было реальным. Затем голос шофера и тяжесть… – Ольгу передернуло как от чего-то жуткого. – Тяжесть от всего непереносимая…

Михаил тер виски, пытаясь унять вновь появившуюся мигрень – боль пока сносная, но ненужная.