Мой цифровой гений. Дьявол

 – Который раз вхожу в «Пассаж» за ватманом, цветной и фотографической бумагой, а оказываюсь здесь…

– Бумагой? – Сарказм ее украшает больше, чем смех актрисы недозрелой.

– Ну да… – Василий, проецируя на себя оскорбление и обиду, возмущен.

– Всё уже давно на цифре… – Она комкает в руках билет – «проходной» в музей картин. – Только не скажи, что ты не в курсе!

Василий смотрит на билет в ее руках и чувствует, как складки кожи на его лице мнут пальцы веселой незнакомки.

– На цифре?..

– …Фотоснимки и все такое, музыка опять же… – Она взглянула на него откровенно удивленно поверх очков, свое удивление дополняя выражением глаз.

 – Старые носители объемны и непрочны…

– Непрочны, – повторяя, Василий в страхе и отчаянии потрогал свое «бумажное» лицо, услышав звук зажженной зажигалки во дворе музея сквозь закрытое окно, содрогнулся, и, видимо, заметно для неё.

– Да ты дрожишь весь! – Она удивилась искренне, взяв за руку его – за локоть, взглянув при этом в потемневшее окно. – Погода… Сама порой страдаю от ее ненастья… Напротив ресторан с открытой кухней, идем? – Ее глаза озерами приглашения расплылись, визуально контактируя с притуплённым восприятием Василия.

 – Я приглашаю…

– Идем… – не то спросил он, не то приглашение принял.

Перешли через улицу, вдвоем шагая в ногу старыми друзьями, приняв дары природы: мягкий ветер, лояльность солнца и все улыбки мая близ них торопящихся прохожих.

Сели у окна. Столик на двоих. Мыслям тесно роиться и разниться в Василия буйной голове.

От попытки их «мозговой стенографии» отвлекает огонь – пламя кухни и им буквально жонглирующий повар, с виду зрелый марокканец…

– Может, поближе сесть к огню? Тебя колотит, как лист осенний на ветру… – Она заботой всего Минздрава приблизилась к Василию, насколько позволял стол, разделявший их, как в прочем и ее вздымающаяся в дыхании грудь.

– Не надо… – Василий, «избавляясь» от вида «дышащего» бюста, поискал глазами огнетушитель, нашел – алеет на стене, в нише с декором под цветочную корзину, вздохнул облегченно.

 – Я нейтрален и люблю прохладу, а дрожь… мое второе состояние, а может, даже чувство…

– А первое? – Она улыбнулась, пурпуром окрасив свои щеки.

– Любовь… – Василий соврал внезапно даже для самого себя. – Невинно пылкая и первая любовь…

– Как ты узнал? – Она еще больше покраснела и, взяв со стола меню, во рту смочила палец – страницы, «сканируя», листает. В глаза взглянула испытаньем. Вдруг руку протянула через стол.