Паря над чужими пороками

– Буквально утопать в славе можно!

– Ты для себя там что-нибудь забронируй!– усмехнулся Саша.– Тем более, что уже прославился… А мне известность ни к чему. Что хотел?

– Продайте бизнес! У меня и покупатель хороший есть.

– А не подавишься?– Саша сжал зубы.

– Нет!– ответил Гена с уверенностью. – А вот вы не вытяните – слабенькие вы… Механизм запущен, перемолотят вас шестеренки в порошок! А так и грудь в крестах, и при деньгах, или…

– Что?

– Придется делить жилплощадь с лауреатами! А Каролин…– Гена сплюнул сквозь зубы.

– Ну, поведай, философ ты наш…

– Существовал древний софизм «Рогатый»: "То, что ты не потерял, ты имеешь; ты не потерял рога, следовательно, ты их имеешь".

– Софисты были мастерами ложных умозаключений! – Саша нервно засмеялся.– Ну а ты-то сам ничего не терял?

– Да, смешно, – медленно проговорил Пацифист, оглянувшись на едва сдерживающих смех спутников. Он обернулся, и глаза его просветлели. – Рога ведь тоже разные: такие, что отросли у Дэна, означают, что его имеют, а я… – он сглотнул слюну, – я сам имел!

Саша рассмеялся во все горло, пугая спешащих мимо прохожих.

– Ты недальновиден, ведь тебя загнут, держа за эти рога, только переступишь порог того заведения, куда ты так не хочешь попасть!

Гена дернулся, но его остановили парни. Саша, прищурившись, выдержал этот всплеск эмоций. Затем проводил взглядом отъезжающую BMW. Сев в машину, он позвонил на самую популярную радиостанцию и заказал песню "для Гены" и, пока ехал, с удовольствием подпевал:

"Лети, лесной олень, в свою страну оленью…".

Он смеялся, заряжаясь позитивом. При этом он прекрасно понимал: тучи сгущаются над его головой и головой брата.

Саша всегда знал, что человеческая жадность может достичь колоссальных размеров, и, когда она, как двигатель прогресса, начинает двигать человеческими мозгами, частью результата ее действий становятся страдания и гибель людей, очень часто ни в чем не повинных.

Тем не менее, он намеренно накалял обстановку своей дерзостью, понимая, что столкновения неизбежны. А лучше быть во всеоружии, чем тебя убьют в спину.

Мрачный силуэт исправительного заведения проявился на фоне свинцовых туч фрагментами заборов, путанок, кусков зданий, попавших в бледный свет фонарей. Было только начало четвертого, а создавалось впечатление, что все поглотили девятичасовые сумерки.

Конец ознакомительного фрагмента.