Девять жизней Кота. Книга вторая: «Великое княжество Московское»

Не стеснялся советоваться с персоналом. По моим впечатлениям, на заявленные двести единиц офицерского состава Судогодского полка как раз хватит, с небольшим запасом. Водку, вина и коньяки выбирал только самого лучшего качества, но не из изысков. Из продуктов – только экзотику, чего во Владимире своего не производят. Икру да рыбу царских сортов; фрукты тропические. А за мясом с овощами и нашими фруктами даже не завернул – сказал, что из своих деревень привезет – все вкуснее и дешевле будет. А главное, свежее.

Так и утвердил: «Яйца из под курочки, а молочко из под коровки». Мне, так даже самому поесть захотелось. Так что и ресторацию «Двора» пришлось открыть. На две персоны.

– А ты что же, Олег Николаевич, парню наличными не ссудил? – задал вопрос, явно с подвохом, Великий князь.

– Так я с собой двести тысяч рублей наличными не ношу, – Георгий Александрович, – а Котов со счета чуть поболее заплатил. Это вместе с доставкой в полк ко времени.

Никто охать, конечно, не стал. У каждого тут, даже графа Кутепова, были в жизни траты и посолиднее.

Не в шестилетнем возрасте, конечно…

– А теперь о главном по Котову, о разговоре, ради которого я, собственно, и потратил половину дня.

Лицо Главы Приказа стало жестким, даже суровым.

– Рассказывай, – кивнул Великий князь.

– Узнал мальчишка немногое. И того бы не узнал, если бы его отец с малых лет не начал учить языкам.

– Каким?! – чуть привстал со своего кресла Георгий Александрович.

– Британским. Именно на британском говорил Черный из ковена.

– И что говорил? – это уже Старший Мастер не выдержал, спросил.

– Про твоих детей, Георгий, – опять по простому, по семейному ответил в сторону племянника князь, – косвенно подтвердил. Провел Черный какой-то ритуал. Так что будет у тебя в семье, Георгий Александрович, четыре сильных Мастера. Но – каждый с одной Силой.

Старшего Мастера Силы эта информация чрезвычайно заинтересовала, но он благоразумно придержал свое любопытство. А Олег Николаевич продолжил:

– О том, что колдун Черный по британски говорил, знает, кстати, князь Бельский.

Но только об этом. Не умеет он спрашивать правильно.

– А ты, дядя, умеешь, – скорее утвердил, чем спросил Великий князь.

– Черный, кроме речи британской, еще и белиберду какую-то свою колдовскую нес. Ну, я и попросил Олега Георгиевича, повторить то, что он запомнил из этих фраз непонятных; между заварными пирожными…

Разговор как-то резко вильнул в сторону.