Волшебник по залету. Книга вторая. Тайны Злого Леса

А потом и следующую, от которой коротышка-дарф буквально покрылся холодным липким потом:

– Так он ведь может потом эти монеты обратно вернуть себе. Прямо из моего кармана… ну, из казны сквайда, – все же поправился он, – в любой момент.

Маг теперь укоризненно качал головой – мол, не надо думать о других плохо, примеряя на них особенности собственного характера. И дарф задумался, ушел куда-то глубоко внутрь себя. Решал он при этом вопрос – стал бы он вот таким образом вытягивать золото из чужих карманов? Жадность (бережливость и хозяйственный расчет – говорил он сам) вступили сейчас в борьбу со своеобразными представлениями коротышки о чести и справедливости.

Он, наконец, вздохнул почти умиротворенно, найдя компромисс.

– У друзей – ни в жизнь такого делать не буду, – решил он – словно такая вот магия была ему уже подвластна, – но ради них же возьму, и даже не почешусь.

Он действительно яростно зачесался – громко, с наслаждением. А когда закончил это весьма приятное и полезное действо, увидел, что все смотрят на него, и каждый – со своим выражением лица.

У Дории, на которую он посмотрел прежде всех остальных, глаза были заполнены изумлением, и даже восхищением. А вот маг неприкрыто улыбался. С этой улыбкой он встал, и кивнул – в сторону Артана.

– Ну, ладно, – сообщил он, – неплохо время провели. Продуктивно. Пойду проверю, что там наш Алай делает. Точнее, что с ним капсула делает. А через часик… Нет – я, пожалуй, сам подойду за тобой, уважаемый дарф.

А пока можешь помыться. Капсула, конечно, продезинфицирует тело, но внутреннего ощущения чистоты не добавит. Я так думаю. Впрочем, можете попозже спросить у альва. Пока.

Артана упоминание о чистоте тела немного покоробило – чесался-то он не для того, чтобы грязь с кожи соскрести, а больше ради наслаждения. К тому же он только вчера мылся – вон за той дверью.

– Да, – повернулся уже в дверях маг, – душ настроить вам Дория поможет. Сказать ей?

– Скажи, конечно, – поспешила ответить раньше дарфа Мира.

Олег прочирикал что-то на непонятном языке, и Дория подхватилась, унеслась в комнату с душем даже раньше, чем за Олегом закрылась дверь. И пришлось-таки Артану плестись под теплые струи воды. Сейчас они радовали душу разве только тем, что лились они сверху благодаря умелым ручкам Дории. Так что с тела смывалась несуществующая грязь, а внутри него рос, заполняя все внутренности, холодный ком.