Все цвета радуги. Книга первая «Ресторан „Панорама“»

Для таких целей, в том числе, и нужны были в кубышке неучтенные золотые.

– Говори, – разрешил граф.

– Там какой-то дом, твоя милость, – обозначил головой поклон Эрминд, – и люди.

– Охотятся? – сразу взъярился граф, решив, что с домом можно разобраться и позже – тот не убежит.

– Нет, твоя милость. Это на них охотятся. Варги. Ну, как охотятся – жрут их одного за другим.

– Я хотел бы увидеть этих людей, – проскрипел сзади искусник.

Майлена, прижимавшаяся своей ногой к ноге отца из-за узости тропы, дернулась, словно хотела сказать: «Я тоже хочу их увидеть».

– Да я и сам, – проворчал, хотя и мысленно, граф.

Вслух же он послал вперед опять охотников, но теперь с приказом вмешаться в чужую охоту. Чужую – это варгов. А сам чуть сжал коленями бока коня. И опытный, проверенный именно в Лесу конь тронулся вперед медленно, в любое мгновение готовый и рвануть вперед, и отступить назад, а если понадобится, скакнуть в сторону. На удивление умный конь мог продемонстрировать и такой трюк. Но сейчас только влево, потому что справа к отцу все так же прижималась Майлена.

Когда трое высокородных остановились на краю обширной поляны, которой на этом повороте тропы никогда не было, все уже было кончено. Причем, кончено так, что сердце графа заполнилось яростью. От того, что кто-то уже поохотился до него. Кто-то, ничего не смысливший в правилах охоты именно на эту дичь. Судите сами – зачем было бить по звероящерам артефактным оружием такой силы, что зверей просто разорвало на куски? Кусков было много, но опытный глаз определил, что безвозвратно потеряны железы, да и шкуры сразу трех варгов.

А еще один – матка – лежал посреди поляны, чуть отступив от каких-то строений ослепительно белого света. Лежал без головы, перед которой, собственно, и остановил своего коня граф. Он мог бы дотянуться до огромных клыков, не нагибаясь; но размерами варга его было не удивить. А вот появлением здесь, посреди Запретного Леса здания совершенно непонятной формы, и людей, прижимающихся к его стенам; людей в такой непривычной, совершенно не подходящих для этих мест одеждах, он озадачился. И озаботился. Как говорилось – он очень не любил все непонятное.

А вот действия охотников его однозначно порадовали. Если бы не их мастерство, окровавленных куч человеческого мяса и тряпья было бы куда больше. Теперь же два жутких зверя, способных уничтожить все живое на этой поляне быстрее, чем сердце ударит сотню раз, тихо подвывали, спеленатые специальными сетями.