Точка отсчета. Книга 1. Идея

Хотя пустое место не могло породить такой ненавистный взгляд. Вокруг Артёма образовалось энергетическое поле, отделяя физика от всего остального мира. Чтобы даже запах жалкого человечка не достиг благородного носа хозяина.

– Господин, Кучаев Артём доставлен.

Кивнув дворецкому, премьер-министр взял со стола бумагу. Всё происходило настолько быстро и в присутствии таких значимых людей, что Артём растерялся. Он был, по сути, обычным преподавателем МГУ и за свою недолгую жизнь не часто встречался с лидерами государств.

Помещение наполнилось обволакивающим баритоном хозяина дворца.

– Физик. Изобретатель. Предатель. Наверно, неправильная последовательность. Прежде всего предатель, потом всё остальное. Истинные патриоты не продаются за копейки и не хотят передать уникальные технологии противнику. Вердикт может быть только один – виновен!

Премьер-министр отложил бумагу и посмотрел на ошарашенного Артёма.

– Мы живём в тяжёлое время. Никто не желает, чтобы наша страна встала с коленей. Противники стараются сделать всё, чтобы надавить и вернуть нас туда, где им выгодно нас видеть.

Но мы боремся. С врагами как внешними, так и внутренними. Такими, как ты. Пиявка. Присосался к мудрым людям, выудил все их тайны и решил свалить? Таков твой план? Продать наработки коллег тем, кто больше заплатит?

– Это я-то пиявка?! Они украли моё изобретение! – не выдержал Артём. Ошеломление ушло в прошлое, сменившись гневом. Никто не смеет называть его предателем, особенно после всего того, что с ним сделали.

Премьер-министр не собирался выслушивать своего пленника. Он уже принял решение и, нацепив маску «судьи», просто озвучивал приговор. Едва уловимым движением он подал знак своему помощнику, и тот нажал кнопку. Артём резко умолк – укрощённая непонятной технологией молния сковала лицевые мышцы. Силовое поле, окружившее физика, уплотнилось – двигаться тоже стало невозможно. Все, что оставалось, – бороться за каждый вдох и слушать невозможные слова премьер-министра.

– Раньше таких, как ты, расстреливали без суда и следствия. Но мы живём в гуманное время, оно дарует возможность исправиться даже предателям. У тебя тоже будет шанс доказать, что ты имеешь право дышать одним со мной воздухом. Ты будешь отправлен в один из наших закрытых научных институтов, где проведёшь остаток своей жизни. Работай, изобретай, и лет через тридцать твой приговор может быть пересмотрен. Не раньше. Решение окончательное и обжалованию не подлежит.