Кондотьер Сухоруков

Кондотьер Сухоруков

Василий Николаевич Кленин

Четвертая история из жизни "императора" Сухая рука в неведомом прошлом, но уже в более-менее понятном регионе. Попаданец-обыватель из нашего мира разошелся настолько, что на него, наконец, обратили внимание сильные мира сего. Со всеми вытекающими. В предыдущем романе вам показались, что злоключения Сухорукова наконец-то закончились? Ну-ну. Добро пожаловать в четвертую книгу!

Василий Кленин

Кондотьер Сухоруков

Пролог. Сын Обезьяны

– Попался! – великий князь всей Толимеки выскочил из-за угла дворцового коридора и вцепился в левую руку Сына Обезьяны.

Господин советник, который давно уже почувствовал тяжелое взволнованное дыхание мальчишки, устроившего засаду на своего наставника, сделал вид, что испугался, и поднял руку повыше. Чокопиц повис на ней, радостно задрав коленки и совершенно испортив вид парадного одеяния.

«Он тяжелеет с каждым днем, – довольно подумал четланский советник. – Еще год – и я не смогу поднять его одной рукой.

Коридор был, конечно, не самым подходящим местом для игр, но Сын Обезьяны слишком ценил моменты искренней радости у своего подопечного. Весь первый месяц, как он остался в Уекахуа с юным князем, ему так и не удалось выжать улыбку из мальчика. Понять ребенка было нетрудно: страну завоевали четлане, дед-правитель умер, а любимую сестрицу увез к себе однорукий владыка горной страны. Как узнал Сын Обезьяны от старой служанки, вырастившей обоих внуков старого Такоциана, и до прихода четлан жизнь мальчика была не особо веселой.

Заняв пост советника, Сын Обезьяны первым делом оградил Чокопица от приставаний местного «генерала». Военную подготовку князя он доверил одному из золотых двадцатников, которые остались в Уекахуа для обучения местной стражи. Сам же проводил с ним почти всё свободное время. Он очень старался и в итоге смог добиться того, что мальчик снова научился беззаботно смеяться.

– Слезай с меня, князь! – мягко велел советник своему правителю. – Я не дерево, а ты не обезьянка.

– Я – сын обезьяны! – радостно выкрикнул Чокопиц, отказываясь опускаться на землю. – Ты ведь сам говорил, когда водил меня в лес: мы учимся у обезьян, значит, мы их сыновья!

– Верно. И мы делаем это в лесу, где нас никто не видит, – назидательно пояснил Сын Обезьяны. – А здесь так вести себя не должно.