Потомок голубого Дракона

Волосы давно выбились из-под кофты, цепляясь за особо низкие ветки. Несколько раз я спотыкалась о корни, но продолжала бежать. Постепенно начало казаться, что воздух в моих легких превратился в огонь. Я стала замедляться, пока полностью не перешла на шаг. Лес за нашим домом я очень хорошо знала. Мы не раз ходили сюда с бабушкой.

Я огляделась. Мне удалось уйти достаточно далеко. Лес замер, было темно и тихо. Справа от меня был небольшой ручей, а впереди, чуть дальше, лежало давно поваленное дерево. Изнутри оно давно сгнило, но оставшаяся кора была еще достаточно крепкая, чтобы выдержать мой вес.

Я села на него и сняла со спины рюкзак. Внутри лежал небольшой плед, бутылка с водой, веревка, спички, маленькая косметичка, несколько энергетических батончиков. Бабушка определено знала, что подобное могло случиться, но как? Мелкая дрожь пробивала все тело, руки тряслись, от чего веревка упала на землю. Я осторожно спрыгнула с бревна, чтобы ее поднять, но колени предательски подкосились, и я упала на землю. Я была буквально в шаге от истерики, мне больших трудов стоило не расплакаться прямо сейчас.

Когда глаза начала застилать пелена из слез, за спиной послышался шорох. В страхе я спряталась за бревно, надеясь, что, кто бы то ни был, он меня не заметил. Слезы мгновенно высохли. Рюкзак выскользнул у меня из рук рядом на землю. Оно приближалось.

– Амалия, это я – это был голос Леона. Осторожно выглянув из-за дерева, я увидела его. Он был в той же одежде, что и утром, за спиной висел лук и колчан со стрелами.

Я поднялась из своего укрытия.

– Леон, я…я…– стена самообладания рухнула внутри меня, и я разрыдалась. Скорее даже завыла. Парень обеспокоенно подошел ко мне, обнял и прижал к себе. Пришлось закрывать себе рот руками, чтобы никто не услышал нас.

Все эти события произошли меньше чем за час. Казалось, они погубили мою жизнь. Бабушку забрали патрульные. От них очень редко возвращаются, а значит, скорее всего, я ее больше никогда не увижу. Или все же увижу, когда меня тоже поймают и бросят к ней в темницу гнить, если не повесят раньше.

Именно поэтому я не могла вернуться домой, а идти мне было больше некуда. Я бы не смогла остаться у Леона и Джареда, чтобы не навлечь на них беду.

Постепенно моя истерика начала затухать. Только сейчас я заметила, что Леон все это время гладил меня по волосам и тихо шептал мне на ухо «Все будет хорошо, моя принцесса». Я немного отстранилась от него и вытерла слезы. Лицо, наверное, распухло и точно покраснело от слез.