Чужой среди своих 3

А теперь – как это и бывает в СССР, исказилась в кривом зеркале идеологии, став совершеннейшим даже не идиотизмом, а вредительством!

Я, как еврей, могу многое рассказать об антисемитизме, которого в СССР – нет…

… и полагаю, ничуть не меньше мне смогут рассказать о русском национализме узбеки или азербайджанцы, бывающие в России.

У русских, украинцев и белорусов, проживающих, прежде всего, в южных республиках, тоже найдётся много интересного материала о жизни представителей не титульной нации в национальной республике.

Но это всё – привычно, обыденно, многие и не замечают, не понимают, насколько всё криво! По телевизору же говорят о дружбе народов! В телевизоре врать не будут!

А я, со стороны – вижу прекрасно, как это всё может рвануть, в любой момент! И бывает – прорывается, да ещё как… просто говорить об этом не принято.

Потому что так-то – свобода… но могут придти люди, быстро махнуть перед лицом красными корочками, не давая прочитать фамилию и звание, и объяснить, что нельзя клеветать на советский строй и распускать слухи, порочащие советский строй.

Но это, конечно, крайности – корочки, я имею в виду. Достаточно профорга или парторга, который и объяснить сумеет, и внушить – премией, пролетевшей мимо носа, или путёвкой, которой теперь – нет, и не будет.

Затягиваюсь, стараясь не вслушиваться в разговор, перетёкший с меня, правильного жидёнка, на тех, которые вообще и неправильные, на израильскую и американскую военщину. Разговор не для моих ушей, а что у меня слух хороший, а у мужиков с «Трёхгорки»[1 - 1936–2020 – «Трёхгорная мануфактура имени Ф.

Э. Дзержинского»] севший от работы в шумных цехах, так это мои и только мои проблемы…

– Миша! Пока не забыл! – окликнул меня Петрович, прервав увлекательную (в лучшем стиле РенТВ) беседу о жидомасонах среди нас, – Завтра собрание после работы, будем осуждать попытку контрреволюционного переворота у чехословаков, присутствие обязательно. Понял?

– Бля… – с досадой протянул я, представляя, как мне, после работы по сокращённому для несовершеннолетнего графику, нужно будет к вечеру опять переться на работу и слушать…

… а потом – отвечать на вопросы лектора в зал, потому что я – самый молодой, и вообще – перевоспитываюсь усилиями рабочего коллектива.

Положено демонстрировать перевоспитание, вот и…

– Обсуждать, – поправил Петровича незнакомый мне молодой парень с длинными, до плеч, грязноватыми волосами и жидкими усами, начавшими отращиваться в модную «подкову».