Второй расцвет Ануриса. Книга первая

А как бы ты предложил защититься от всей той нечисти, а возможно и нежити, что выползает ночью из своих укрытий и бродит по пустыне в поисках наивного и глупого мяса?

И видя моё непонимающее выражение лица, продолжил:

– Это вам, вампирам, способности организма позволяют заметить врагов раньше, чем они вас и либо сбежать, либо убить, а нам ночью приходиться очень туго. Смертельно туго. И попробуй только скажи, что тебе и это неизвестно.

– Конечно известно! – возразил я, не моргнув и глазом. – Это любому дурню известно.

Просто я думал, что в пустыне с нечистью попроще, чем в лесу.

– Ах да, ты же никогда не ходил по пустыне, как ты сказал, – подозрительность из взгляда мага всё же до конца не исчезла. – Ты обратил внимание на шерстяную бечеву, которой мы окружаем лагерь каждый вечер перед сном?

Я кивнул.

– А не задумывался, зачем она? – и, не ожидая ответа, пояснил: – На неё наложены чары, отпугивающие всяких тварей. Не змей и скорпионов, как ты возможно подумал, а гулей, бхутов, пустынных гоблинов, ламий, драугов, ракшас, сфинксов, чумных кивсяков, список можно продолжать долго.

Вся эта магическая погань не любит Светлую магию, наложенную на эту верёвку, причём именно не любит, бечева не является стопроцентной защитой, тварям просто очень некомфортно к ней приближаться. Но если они сильно голодные, то никакая верёвка их не остановит, тут уже держи меч крепче.

– А почему же мы до сих пор никого из них не встретили? – выдавил я из себя, стараясь произнести это как можно более беззаботно, чтобы не выдать собственного изумления и дикого интереса.

– Ну, строго говоря, одну встретили, – усмехнулся маг. – Помнишь свою подружку, которую ты за хвост оттаскал? Мантикора – одна из самых опасных, не сильных, хотя силы у неё дай Триг каждому, а именно опасных. И во многом она славится своей репутацией именно благодаря тому, что слишком злобна и достаточно умна, для того чтобы игнорировать зачарованную верёвку. Вообще, действительно, в степи подвергнуться атаке нечисти довольно непросто.

Тут полно более доступной дичи, чем человек. Но даже здесь мы по ночам не шастаем, как ты, несомненно, обратил внимание. А в пустыне нечисти хоть и меньше самой по себе, но и еды для неё там тоже меньше, вот она и лютует. Но, откровенно говоря, Босорг, твои идеи и вопросы вызывают у меня странное чувство. В лесу нечисть по ночам на охоту разве не выползает?

«Чёрт! Да, что же ты подозрительный такой?» – пронеслось у меня в голове.

– Выползает, конечно.