Не боги

Было нечто жуткое в молодом, как у юнца лице и ярких молодых глазах – широкооткрытых и блестящих живым чувством вечного подростка.

И все же как только адмирал заговаривал, возникало чувство миража, за которым скрыто нечто иное. Слишком жесткие мимические морщины у губ и глаз обозначали характер. Слишком характерная манера говорить проявлялась. Даже избалованный властью ребенок не может иметь такие манеры. Собственно, именно избалованный так и не может.

– Экипажу Дежнева. Из-за непредусмотренного технического сбоя, корабль получил ряд повреждений.

Мы совершили перемену курса и выход из «структуры Свечникова» в открытое пространство. Погибло двое членов экипажа. Около десяти ранено. Повреждения устраняются. Совет экспедиции принял решение продолжить экспедицию и исследовать перспективную планету. Корабль точно встал на курс и двигатели работают штатно. В настоящий момент экипажу можно полностью вернуться к своим занятиям… Ситуация под контролем. Конец связи.

Пилот, облегченно потянувшись и вздохнув грудью отщелкнул забрало.

У него было простое, довольно симпатичное лицо, немного похожее на молодого Есенина. Вынув портсигар и зажигалку в одном футляре из маленького кармашка, он закурил.

Академик что-то медлил. Не снимая забрала, он оглянулся на комм.

– Лаборант, чем вы были заняты во время «технического сбоя?

– Проверял авто лабораторию. Когда случилось это – меня очень неудачно ударило. Там даже гравитация отключалась. Потом я потерял сознание и пришел в себя уже при оказании помощи Михаил Федоровичем.

– Вижу по лицу, вы очень хотите спросить меня – чем был занят я. Что ж не у всех служебный долг настолько прост как у вас. Священное обязательство руководителя экспедиции – это сохранить для человечества её результаты. Какую бы цену не заплатили люди за новое знание, все канет в бездну – если оно не будет воссоединено с Большим Человечеством. Таково уж свойство Бога науки. Именно поэтому единственный разумный закон в ситуации, в которой есть хотя бы намек на утрату бесценного семени мудрости – предпринять меры по его спасению.

Таково Бремя Разума и его Крест.

Что ж теперь пришло время других обязанностей.

Жеровский довольно быстро ушел в один из коридоров.

Виктор слегка ошалело смотрел вслед академику. Орлов просто расслаблено курил, как-то своеобразно улыбаясь. От этой улыбки молодому ученому почему-то вспомнилось их первое знакомство и суть тех разговоров.