Хроники Арехина

Он пробирался низом, и минутой позже никакого ружья никто бы не заметил, разве что наступив на него.

Арехин поднял ружье. Переломил. Стреляные гильзы подтвердили то, что он слышал десять минут назад: Егоров стрелял. Дважды. Сначала из одного ствола, затем из другого. Промахнулся? Но лес не поле, в лесу промахнуться сложно, дистанция видимости маленькая. Шагов десять. Промахнуться с десяти шагов по мишени крупнее зайца охотник не может. А мишень была явно крупнее зайца. Возможно, и быстрее. Промахнуться можно по очень быстрой мишени.

Все, видно, подумали о том же, и стали вглядываться во все стороны, пытаясь отыскать мишень Егорова. Или самого Егорова. Не было ни мишени, ни охотника. И ребёнка тоже не видно и не слышно. Замолчал ребёнок. Манок замолчал.

Ланской смотрел на ветки, на землю, на лесную стлань – прелую листву, гниющие сучки, свежую траву.

– Следов крови нет, – сказал он.

Остальные промолчали. О чем говорить? Нет здесь, у них под ногами. А отойди шагов на десять, может, и найдёшь.

Или на двадцать. Да только вряд ли: туман их нагнал и теперь густел на глазах. Густел и поднимался. Пока он был по щиколотку, а оглянись – уже и по колено.

Они прошли ещё двадцать шагов. Остановились, покричали. Из-за тумана звук шёл поверху, а внизу вяз, терялся. Но всё равно, слышно их было далеко. И они слушали внимательно, в десять-то ушей. Услышали, как вдали заржала лошадь, верно, битюг. Но заржала не испуганно, а в ответ на крик, мол, здеся мы, дожидаимси, не пора ли вертаться.

Не пора.

Принц вскинул винтовку и выстрелил. За ним начали стрелять и остальные, но куда, в кого? Арехин не видел ничего, мешал куст. А обойти слева ли, справа – наверное попасть под огонь. Оставалось сжимать в руках маузер и ждать.

После десятого выстрела Конан-Дойля – он нарочно считал – всё стихло. Охотники перезаряжали оружие, но не лихорадочно, а деловито, спокойно. Спешки не было никакой. Добыча если ушла, так ушла, а если осталась, то осталась.

Похоже, он был единственный, не сделавший ни единого выстрела.

С маузером в руке он обошёл куст слева, со стороны Конан-Дойля.

– Кого мы подстрелили? – спросил он.

– Чудовище, – ответил англичанин. – Я никак не могу перезарядить пистолет. Руки дрожат.

– В моём патронов изрядно, – ответил Арехин.

– Тогда вперёд.

Теперь Арехин видел, куда велась стрельба: впереди мерцал свет. Тёмно-красный, почти вишнёвый. Но что это?

Вместе с Конан-Дойлем они подошли ближе.