Пятая сила

Нет, полная слепота… Я – один из худших игроков в замке, – рыцарю-послушнику стало жаль себя, но тут же он тряхнул головой, прогоняя минутную слабость. Не пристало рыцарю сетовать. Ему пристало в бой рваться, в дальний поход, и он спросил – отчаянно, как в пропасть ухнул

– Вам, доблестный рыцарь, товарищ не нужен?

– Товарищ?

– Я… Мне… Мне нужно что-нибудь совершить. А сидючи здесь, много ли высидишь? Вот если путешествовать со славным, храбрым, проницательным рыцарем, старшим товарищем, который…– рыцарь-послушник всхлипнул и заснул.

Три чаши вина. Но будем справедливы – три чаши натощак, после многодневных хлопот, недосыпаний, поста. И вообще – нехорошо. Ничего он, Фомин, интересного не узнал, только напоил пьяным бедного юношу. Пусть поспит немного. Ему полезно.

А мы тем временем…

Фомин задумался. Тем временем ему-то и делать ничего не нужно. Лечь, что ли, спать? Но прошлой ночью он выспался вдоволь, не лопнуть бы. И потом, слишком уж новое место, чтобы глупо спать. С другой стороны, бродить по замку просто так – неприлично.

Положено предаваться благочестивым размышлениям. Завтра – о, завтра будет время для буйного веселья, но сегодня…

Ничего, каждой минутой отдыха следует дорожить. Позади длинный путь, впереди – неизвестность. План-то вполне определённый, возвращаться прежним путём, но только всякое бывает в жизни.

Фомин вышел на балкончик. Как нарочно, над горизонтом появилась блестящая точка. Вернее, запятая – это, похоже, Третье поселение. Небесы отнюдь не едины, Третье поселение – консерваторы, и с Ползающими По Земле никаких дел иметь не желают.

Хорошо, что есть и другие, кому есть дело если не до землян, то до Земли, кому можно продать протекающий могильник. И Замку польза, и Небесам, ну, и дому Кор тоже кое-что перепадает. В сущности, он такой же торговец, как и давешний спутник, Луу-Кин. Только торгует услугами. Иногда не торгует, а так… даром. Для укрепления репутации.

Замок погружался в сон. Кто мог спать – спал. Но многим приходилось и работать.

Свадьба сама собой не свершается. Яства сами собой не готовятся. Платья сами собой себе не шьются. Мечи сами собой не куются.

С чего это на мечи потянуло? Напротив, мир шаткий сменяется миром крепким.

Опять он ощутил чужой взгляд. Здесь-то отчего? От усталости, не иначе.

Фомин вернулся в комнату.

Рыцарь-послушник спал деликатно, без храпа. А вот чутко ли?

Фомин вынул кинжал из ножен. Спит. Ладно, ножны у кинжала ремейские, бесшумные. Почти.