Тайная сторона Игры

– Раньше? – Арехин достал из кармашка часы, золотые, с музычкой. – Но мы договаривались на девятнадцать тридцать, не так ли?

– Да, да, вы совершенно правы. Раньше – я подразумевал неделю назад, или месяц. Тогда бы и Лизавета, быть может, была бы жива.

– Кто ж вам мешал – поговорить?

– Всякие обстоятельства. Боязнь, прежде всего.

– Боязнь чего?

– Разве мало причин?

– Причину всегда найти можно, – согласился Арехин, – но если доцент не идет к МУСу, МУС идет к доценту. Вот и пришел. Сидит.

Слушает.

– Вы кого-нибудь подозреваете? – спросил Пеев.

– Я пока собираю факты, – ответил Арехин. – Собираю, взвешиваю, делаю выводы.

– А я подозреваю, но… Впрочем, сначала я должен показать вам кое-что.

Пеев открыл книжный шкаф. Шкаф был поменьше, чем у Арехина, да и книгам отводилась только казовая, верхняя часть. Нижняя, закрытая, оказалось пустой. Не совсем пустой – там стояла коробка, дешевая картонка.

Пеев достал ее, переложил на стол, открыл. В ней были бумажные завертки, много, с дюжину.

Пеев выбрал крайнюю, развернул.

Под бумагой оказался стеклянный сосуд, на шкалик, стекло толстое, крышка широкая, особенная, из-под нее капли не прольется.

А внутри склянки в прозрачной жидкости плавал глаз.

– Человеческий? – спросил Сашка.

– Вполне, – приват-доцент по очереди освободил и другие склянки. В каждой плавало по одному глазу.

– Все это, – показал рукой на коробку приват-доцент, – я получил не разом. Поштучно, так сказать.

– Сразу после убийств? – спросил Арехин.

– Нет, спустя неделю, а то и больше.

– Каким путем?

– Приносили посыльные, обычные уличные мальчишки. Ставили на крыльцо, звонили и убегали.

– А вы…– не договорив, Арехин вопросительно посмотрел на Пеева.

– А я прятал их в шкаф. Наверное, мне стоило пойти в полицию.

– Полицию?

– Первую… посылку я получил в декабре 1916 года. Хотел сразу же в полицию, но меня отговорили. Да я и не упорствовал, признаюсь. У меня по-прежнему болгарское подданство.

Сейчас это мало кого волнует, а тогда… Все-таки моя страна воевала против России. Еще не известно, стали бы искать преступника, или схватили бы меня, поминай, как звали.

6

Иностранцы любят украшать язык пословицами и поговорками, подумал Арехин.

– Значит, в полицию не пошли, – уточнил он очевидное.

– Не пошел, – подтвердил Пеев.

– А следующая посылка…

– У меня все записано, – и он протянул Арехину листок.