Больной апрелем. Рожденный в СССР

В этот момент Вера Ивановна увидела моё лицо, до неё, видимо, что-то дошло, потому что она залепетала: «Ну, может, это она не о нём сказала?» Но мне уже было достаточно… во мне вдруг словно что-то умерло… вот почему я не написала тебе письмо сразу же, хотя и очень хотела… Так с кем же ты целовался, Женя, а? Признавайся, ведь чистосердечное признание, как известно, облегчает вину…

Потом я время от времени возвращалась к этому, но никого, кроме Гали, так и не вспомнила… Вы красиво танцевали тогда, я смотрела на вас, но мне и в голову не приходило, что между вами есть нечто большее, чем то, что я вижу, хотя… не знаю.

Ну, в общем, слегка прибитая этими мыслями, я пошла играть в теннис и доигралась до такой физической усталости, что едва дошла до комнаты…

Мы с Верой Ивановной выглядели без тебя одинаково одиноко и говорить могли только о тебе… А вечером, убежав от всех её кавалеров, пошли в кино. В «Дружбе» шла «Забытая мелодия для флейты».

Почему-то это фильм навеял на меня массу грустных мыслей, нервы мои были на пределе, и, едва очутившись в постели, я уснула, чему была очень рада…

Утро следующего дня выдалось серым и холодным – моросил дождик, было ветрено, в общем, под стать моему душевному состоянию… Я всё время пыталась представить себе, чем ты сейчас занят, что делаешь, о чём думаешь… День прошёл как-то сам по себе, вечером были танцы… Толя (он ухаживал за Татьяной из санатория им.

Горького и жил на нашем этаже в последней комнате справа – седой такой, с фигурой мальчика, приятный парень) не отходил от меня, и я все время танцевала с ним. Но, знаешь, такого ощущения, как во время танца с тобой, не было – с тобой я будто сливалась в одно целое, даже едва прикасаясь к тебе…

А потом была дорога на вокзал, меня провожали Вера Ивановна и тот её друг, который мне не очень нравился… В поезде я легла на верхнюю полку, и снова в мыслях только ты… Я вспоминала каждую нашу минуту с самой первой, когда только увидела тебя, – как выяснилось, я помню каждую нашу встречу, даже мимолётную.

Странно, вроде каждый из нас жил своей жизнью, а оказалось…

В Харькове наш вагон стоял семь часов, пока его не прицепили к другому поезду. Я погуляла по городу, сходила к Вечному огню, чуть-чуть заблудилась, но потом нашлась… Приехала в Гомель, где меня встретили и окружили вниманием и заботой.